В этот момент Влад закончил исцелять свою руку и принялся вырываться из-под натиска Артура. Я поспешила к ним и успела как раз вовремя: кожаный ремень на запястьях вечного звучно лопнул. Недолго думая, я с прыжка обрушилась пяткой на колено Влада, и раздался звучный щелчок, за которым последовал душераздирающий крик.

– Тупая мелюзга! – взвыл он, хватаясь за колено. – Я тебя прикончу!

– Буду ждать, – бросила я и прислушалась к тому, как мягко, но настойчиво Владимир принялся убеждать других, что древнего нужно оставить, даже после всего сделанного им, в живых. Его сладкие речи могли подкупить кого угодно, но не меня. Я знала правду или хотя бы ту ее часть, которая перечеркивала все.

– Почему вы не расскажете им, зачем на самом деле сделали их своими воспитанниками? Как насчет того, что в желании выторговать себе немного крови вы принялись собирать вокруг себя, как наживку, детей Влада, – я указала пальцем на вампира на полу, – детей древнего, что когда-то вас обратил, но вы не оправдали ожиданий и лишились источника.

Доктор Смирнов на секунду замер, и маска треснула на его лице. Он поспешно попытался вновь собрать ее воедино, прикрываясь притворной белоснежной улыбкой.

– Не понимаю, о чем ты, – прикинулся он и обвел всех своих воспитанников вскинутой рукой. – Я помог этим детям. Научил быть настоящими вампирами и воспитал, вместе с Ольгой, по доброте душевной.

– А сама Ольга знала, откуда вы приносите детей? Вы подбирали сломанные игрушки, надеясь, что Владу они пригодятся вновь, и просчитались?

Виола в ужасе смотрела на Артура. Диана обняла себя руками и отвела взгляд. Только Максу хватило духа задать самый главный вопрос. Вопрос, который переворачивал всю жизнь этих четверых с ног на голову, делая их любовь невозможной.

– Мы что? Все кровные родственники?! – Макс побледнел.

Владимир открыл рот, но я перебила его раньше, чем он попробует выдать очередную удобную полуправду.

– Да. Все вы произошли от одного древнего вампира. У всех вас один отец.

Повисло тяжелое молчание, которое вскоре нарушил всхлип Дианы. Она старалась не смотреть ни на кого, прикрывая ладонью рот, и по щекам у нее текли слезы.

– Ник тоже ваш брат, признаю. – Все лица обернулись к Владимиру.

– Что? – Стас не мог поверить в услышанное.

Владимир лишь развел руками, а Влад засмеялся.

– М-м, Галина, да. Я помню ее. Она была уже тогда безумна, одинока и чертовски горяча. – Влад подцепил длинным ногтем резинку в волосах, и та звучно лопнула, распуская хвост из его длинных темных волос. – Первая, кому я решил не открывать свое истинное лицо вампира. А разве мальчик выжил?