Поппи понимала – столь быстро такое не прощают. К тому же Рин, строго говоря, так и не извинился за то, что сорвался на крик и наговорил о Джаспере все те ужасные вещи. Если она была хорошей невестой, то должна была защищать своего будущего мужа. Но если бы она была хорошей невестой, то не проводила бы пятничные вечера с другим мужчиной.

Не то чтобы Рин был «другим мужчиной». С ночи, когда произошла ссора, между ними на самом деле ничего больше и не было. Рин вел себя как настоящий джентльмен – за исключением предложения заняться с ней любовью. Но и тогда он бы остановился, стоило Поппи только попросить.

Хотя нельзя не отметить, что в их отношениях все-таки было что-то непозволительное. Иногда руки Рина задерживались на плече или талии Поппи дольше, чем следовало, а то, как он на нее смотрел, было просто очаровывающим. И она не была уверена, что ведет себя лучшим образом. Временами она будто прикладывала усилия, чтобы найти повод коснуться Рина или сесть поближе. По ночам в своей кровати она не переставая вспоминала его руки вокруг своей талии и его губы на своей шее. Иногда, когда они были вместе, Поппи хотела, чтобы Рин снова это сделал. Она жалела, что тогда оттолкнула его, хотелось выяснить, чем же все закончится.

И, сказать по правде, Поппи с нетерпением ждала вечерних пятничных посиделок вдвоем. У нее никогда не было много друзей – ей всегда было непросто с кем-то сблизиться. До того как встретила Феликса на первом курсе, она даже ни с кем за руку не держалась. И сейчас, после свадьбы Астрид и Феликса, у Поппи не получалось видеться с лучшим другом так часто, как раньше. И, как бы странно это ни было, сейчас Рин Адлер был ее самым близким другом.

От метро до квартиры Рина было рукой подать, поэтому Поппи не успела опомниться, как уже поднималась по ступенькам в его дом.

– Так вкусно пахнет, – сказала Поппи, как только Рин открыл дверь. Она разулась и повесила пальто, а затем прошла вслед за ним к лестнице.

Рин улыбнулся:

– У меня для тебя сюрприз.

Он провел Поппи вниз через кухню в столовую, где на накрытом столе уже стояло мясо по-веллингтонски, жареный картофель, салат и пара бокалов с вином. Поппи была уверена, что Рин разлил бутылку отменного пино-нуар.

Когда Поппи все это увидела, то застыла и уронила сумочку на пол. После такой дрянной недели все, чего ей хотелось, – свернуться в клубок и вдоволь наплакаться. Рин определенно не мог знать, насколько плохо дела шли на работе, и вот, несмотря на это, он приготовил для нее ровно то, что ей было нужно. Поппи почувствовала, как слезы подступают к ее глазам, рассматривая блюда, достойные ресторана, и стол, накрытый специально для нее. Глубоко внутри нее назревало осознание – Джаспер бы никогда ничего подобного для нее не сделал.

– Поппи? – спросил Рин голосом, полным волнения. – Что случилось?

Поппи покачала головой и вытерла слезы рукавом свитера.

– У меня была ужасная рабочая неделя.

Поппи понимала, что, скорее всего, выглядит глупо, рыдающей над ужином, но это, казалось, совсем не отпугнуло Рина. Он заключил ее в объятия и прислонился подбородком к ее голове. В этом не было ничего сексуального, поэтому Поппи не почувствовала себя виноватой, обняв его в ответ. Рин успокаивающе гладил ее по спине, а Поппи удивлялась, насколько маленькой и защищенной она чувствовала себя в его руках. До того как объятия не стали неприлично долгими, Рин отошел и посмотрел на Поппи.

– Садись. Можешь мне все рассказать.

Поппи кивнула и села на свое место, вновь вытерев лицо рукавом, а затем взяла нож и вилку. Она сразу же отрезала большой кусок мяса по-веллингтонски и отправила его в рот.

– Боже, как это вкусно!

Рин улыбнулся, наблюдая за ней:

– Итак, что произошло на работе?

Он даже не успел взять свою вилку, и Поппи поняла, что ему нравится смотреть, как она ест приготовленные им блюда, не меньше, чем ей нравится их есть.

Поппи пожала плечами:

– Мне опять отказали в большом проекте. Я действительно хотела его заполучить, подготовила все чертежи, представила их боссу и все такое.

Рин кивнул и наконец начал есть.

– Ему не понравились твои идеи?

– Не знаю. Он будто не воспринял их всерьез, – вздохнула Поппи. – И это еще не самое худшее. Когда мы встречались с клиентом, он попросил меня подавать кофе, в то время как все остальные имели возможность представить свои идеи.

Когда Поппи думала об этом, то все еще расстраивалась, и поэтому сердито положила картошку в рот.

Рин отложил вилку:

– Такое часто происходит?

– Отношение ко мне как к псевдосекретарше? – спросила Поппи. – Ага.

– Потому что ты женщина? – прояснил Рин.

– Единственная женщина, – подтвердила Поппи. – Я знаю, что в конечном итоге достигну своих целей, но то, что не могу заставить своего босса относиться ко мне, как к остальным, удручает. Мне даже не дали шанса.

Рин кивнул:

– Да, тяжело сделать карьерный прорыв в сфере, в которой доминирует противоположный пол.

Поппи полагала, что и Рина это тоже касалось. Так как он, в отличие от большинства дизайнеров, был гетеросексуальным, его, вероятно, далеко не всегда воспринимали всерьез.

– У тебя, однако, есть талант. Возможно, в этом мы с тобой отличаемся.

– Это не так. Тебя бы не взяли на работу, не будь у тебя таланта, – заметил Рин. – Если твой босс его не замечает, найди того, кто заметит.

Поппи уклончиво пожала плечами:

– Ну, может быть.

– Поппи, – сказал Рин и сделал паузу, пока Поппи не оторвала глаз от своей тарелки и не посмотрела на него. – Я серьезно. Ты заслуживаешь большего, чем отношения, как к официантке.

Поппи улыбнулась:

– Я знаю, что ты серьезно. Но некоторым из нас нужно оплачивать счета, и я не могу просто взять и уйти.

Рин удивленно посмотрел на Поппи:

– Если это – единственное, что останавливает тебя от увольнения, у тебя есть Джаспер. Моя мама. Я…

– Я не могу брать деньги взаймы! Я никогда не смогу отдать долг, – заявила Поппи, отчаянно краснея.

– О чем ты говоришь? Ты выходишь замуж за Джаспера, тебе не нужно выплачивать долг. А моя мама и я… О деньгах мы не беспокоимся. Когда они есть, о них не беспокоишься, – объяснил Рин. – Я знаю, что просить о помощи тяжело, но ты нам всем не безразлична. Если это тебе нужно, то просто попроси.

Поппи не думала, что ее неуверенность способен понять тот, кто родился в богатой семье. Ничего просто так, даром, ей не доставалось, и она не была готова взять то, что не сможет отдать. Но для Поппи многое значило просто знать, что есть люди, которые заботятся о ней и готовы что-то предложить. Она доела и взяла бокал вина.

– В идеале – чего ты хочешь? – спросил Рин. – Если бы дело было не в деньгах, чем бы ты хотела заниматься?

– Я бы основала свою фирму, – быстро ответила Поппи. – Я бы прекратила заниматься многоквартирными домами и нежилыми помещениями и, может быть, занялась загородным строительством. Мы с Феликсом еще на учебе это обсуждали. Я бы проектировала дома, а он бы занимался интерьерами.

Поппи много думала об этом, особенно еще будучи студенткой с горящими глазами.

– Тогда тебе следует этим заняться, – сказал Рин. – Насчет денег – я серьезно. Если ты не согласна принять их как друг, тогда я буду инвестором. Просто сделай меня акционером, когда выведешь бизнес на рынок.

Рин остановился, ожидая реакции Поппи, но она ничего не сказала, и он продолжил.

– Просто подумай об этом, хорошо?

Поппи кивнула:

– Подумаю.

Она встала и начала собирать посуду. За последние пару недель у них уже выработался распорядок: Рин готовит ужин, а она моет посуду, пока он приступает к поискам автомобиля, сидя в гостиной.

Загрузив все в посудомойку, Поппи присоединилась к Рину в гостиной, сев на большой удобный угловой диван.

– Ты просмотрел все эти машины за неделю? – спросила она, взяв плед и укрывшись им.

– Да, я посмотрел еще две здесь в городе и отмел их, поэтому, думаю, пришло время расширить географию поиска, – ответил Рин, подвинув ноутбук так, что теперь он разместился на коленях у них обоих. – Я просто надеюсь, что автомобиль не покинул Нью-Йоркскую агломерацию.

Рин посмотрел на Поппи:

– Тебе холодно?

– Немного, – призналась Поппи, но быстро сменила тему. – Я получила обратную связь от пары коллекционеров в городе. Они мне позвонят, если у них будут зацепки.

На прошлой неделе Поппи посетила гениальная идея – связаться с несколькими клубами любителей ретроавтомобилей. Если у какого-нибудь частного коллекционера будет «Понтиак» серии Trans Am, кто-то да будет знать.

Рин зажег камин и кивнул:

– Тогда, может, запостить наш запрос на сайте объявлений в Нью-Джерси? Если куда машина и могла отправиться – наверное, туда.

Рин открыл вкладку и начал набирать сообщение, а Поппи пыталась не закрыть глаза, но стресс прошедшей недели и уютное тепло огня вскоре убаюкали ее и погрузили в спокойный сон.

* * *

Рин все еще набирал сообщение, когда почувствовал, как голова Поппи упала ему на плечо. Он взглянул на нее боковым зрением и улыбнулся. Кажется, эмоциональный груз прошедшей недели наконец взял свое.

Он переставил ноутбук к себе на колени и закрыл его – если он будет печатать, это разбудит Поппи. Рину было интересно, смутится Поппи или огорчится, если он ее не разбудит, но ей, вероятно, был необходим этот сон, и Рин не желал ей мешать. К тому же то, что Поппи использовала его как собственную подушку, было жутко мило.