Вот почему я прикидываюсь дурочкой, когда он говорит:

– Мы это выясним. Вместе.

Я дергаю ногой, меня начинает подташнивать. На глаза наворачиваются слезы.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, Кэп.

Поколебавшись, он встает и поднимает меня, чтобы нежно обнять.

– Ты должна быть здесь, с нами. Ты часть нас, а это значит, что мы справимся со всеми проблемами как команда.

Он медленно входит в дом, и по моей щеке ползет первая слеза.

Я предупредила их, что от меня будут лишь неприятности. Мне даже не пришлось пытаться, они сами меня нашли.

Мне бы хотелось, чтобы я перестала действовать импульсивно. Чтобы я могла остановиться и подумать, но мой мозг устроен по-другому. Меня нельзя ни контролировать, ни убедить в чем-то.

Предупреждения и угрозы проходят мимо моих ушей, и каждое мое действие вызвано лишь одной причиной.

Той, что я так хочу, и к черту последствия.

Они будут в бешенстве, но сейчас мне нужно беспокоиться не об этом.

Я должна остановить это и точно знаю как.

* * *

Я стучу в дверь и оглядываюсь через плечо.

Уверена, что они начали меня искать сразу же, как только я скрылась за деревьями. Заработали двигатели, сад наполнили крики. Они снова и снова звали меня по имени, ругались, сыпали проклятиями, но наконец сели в машины и умчались. Мне пришлось бежать боковыми улочками, чтобы добраться до района по другую сторону моста.

Мои легкие словно сжались, в голове стучит, но ждать больше нельзя.