– Ты не говорила, что твоя стервозная сестра облажалась с женихом и что вы с ней близнецы. Теперь многое обретает смысл.

Она усмехается.

– Даже не начинай. Следуй за мной, – выдавливает сквозь стиснутые зубы. – Немедленно.

Может быть, раньше – хотя бы минутой раньше – я бы послушался, но сейчас? Я вдвойне зол.

– Думаю, я останусь тут. Очень интересная экскурсия. Дальше мы идем в зал для стрельбы из лука, верно?

Ее лицо вытягивается, она поднимает руку, чтобы схватить меня, но передумывает и опускает ее. Мне не нравится такое обращение, и она это знает.

– Мы решили, что ты призрак, помнишь? – шепчет она почти умоляюще. – Не делай глупостей, иначе и правда станешь им.

Ярость бурлит у меня под кожей, царапаясь и вырываясь наружу, но ее глаза… В них страх, которого я никогда раньше не видел, и теперь все, чего я хочу, – это избавить ее от него.

Пусть она боится меня, но только так, чтобы ни один волосок не слетел с ее головы. А вот чего я не хочу, так это чтобы она боялась кого-то другого, и еще больше я не хочу, чтобы она боялась за меня.

Подхожу ближе, она немного напрягается, но не отходит. Мои пальцы зудят от желания провести по ее коже, стереть морщинки беспокойства на ее лбу, но я этого не делаю. Не знаю почему.

– Никто не причинит мне вреда, богатая девочка.

– Я же говорила тебе, – шепчет она. – Все это дерьмо из реальной жизни. Здесь не существует прощения и нет никакого другого мнения. Если ты чего-то хочешь, Бастиан, я знаю, ты это получишь, но мне нужно, чтобы ты получил это где-нибудь в другом месте.

Ее брови слегка приподнимаются, и она пристально смотрит мне в глаза. Она знает, зачем я пришел и чего хочу, и она поняла, конечно же, что я видел сообщения от богатого придурка, отправленные ей прошлой ночью, но она просит меня подождать.

Меня, однако, трудно назвать терпеливым парнем. Когда дело доходит до нее, я не уверен, что когда-нибудь буду таким, но речь не об этом.

Я вижу беспокойство девушки за своего мужчину. Возможно, есть много вещей, которые я пока не могу для нее сделать, но кое-что я сделать могу, хотя она этого не заслуживает. Подхожу ближе, заставляя ее попятиться и упереться лопатками в стену. Закрываю ее собой в крошечной нише в коридоре; группа теперь на четыре шага впереди нас.

– Я здесь, когда ты обо мне не думаешь, я смотрю, когда ты не замечаешь, – так будет и дальше. Но бывают моменты, когда мне приходится поворачиваться спиной, и так уж случилось, что прошлая ночь была одной из таких, – протянув руку, провожу тыльной стороной ладони по ее подбородку. – Если я узнаю, что этот фрукт прикасался к тебе, а ты мне не сказала, беспорядки в вашей школе станут последней из твоих проблем. И его тоже.