– ГДЕ МЫ? – РОКЛИН ОГЛЯДЫВАЕТСЯ ПО СТОРОНАМ, В ПОЛЕ ЗРЕНИЯ НЕТ НИЧЕГО, кроме забора и ряда переполненных мусорных контейнеров.
– Это южная часть города.
Сворачиваю направо, на парковку. В это время дня здесь почти пусто. Выбираю дальний бокс с мойкой, въезжаю и глушу двигатель.
Она хмуро смотрит на цементные стены, потом наклоняется вперед, чтобы посмотреть на торчащий из стены крюк и шланг, змеящийся по полу.
А я смотрю на нее, мою маленькую задиру. Видел, как она стреляла сегодня утром, – сорок пять выстрелов и только один промах, меньше чем на сантиметр.
В этой машине она выглядит чужой. Здесь все слишком грязное и потрепанное, недостойное ее.
– Бастиан, – тихо говорит она, и я, возвратившись в реальность, замечаю мягкую улыбку на ее губах.
– Что, богатая девочка никогда раньше не была на автомойке?
Она присматривается.
– Автомойка?
– Да, автомойка. А ты что подумала?
Роюсь в подстаканнике, собирая мелочь, и она хмурится, когда вслед за мной вылезает из машины. Скрестив руки на груди, подходит к капоту и оглядывается по сторонам. Тут не на что смотреть – пустырь, забегаловка вдалеке и винный магазин.
Кладу монеты в аппарат, наступаю на шланг, и из него вытекает вода. Роклин комично переводит взгляд с меня на шланг, потом на машину.
– Так ты просто собираешься… помыть свою машину?
Беру дозатор с моющим средством в свободную руку и разбрызгиваю пену. Она отходит в сторону.
– Значит, ты никогда не была на автомойке?