Она поджимает губы, и я дразню ее:

– Ну, признайся.

Закатив глаза, она говорит:

– Моя машина всегда чистая.

– Значит, кто-то моет ее за тебя.

Она на мгновение отводит взгляд, как будто ей нужно подумать об этом, затем смущенно поднимает плечо. Это честный ответ. Роклин понятия не имеет, потому что, когда ей что-нибудь нужно… все готово и ждет ее.

Наношу пену еще раз, затем еще, чуть больше.

Она недоверчиво морщится, и я ухмыляюсь.

Ее руки взлетают вверх, и теперь я смеюсь во все горло, потому что моя девочка знает, что сейчас произойдет.

– Бастиан… нет. Даже не… – она визжит, ее рот складывается в маленькую ровную букву «о», когда я обрызгиваю ее из шланга. Однако она не злится. Не закатывает истерику по поводу того, что я испортил ее идеальные локоны. Проходит три секунды, и она бросается на меня, чтобы вырвать шланг, потом замечает второй, в углу, и теперь уже я пытаюсь убежать от нее.

– Это для шин! – предупреждаю я, отступая на шаг. – Здесь напор большой.

Роклин проверяет спусковой крючок, чтобы рассчитать траекторию, как настоящий снайпер.

– То есть ты хочешь сказать, что может быть больно? – издевается она, но прежде чем я успеваю ответить, струя уже летит в меня, и она не дает мне поблажки. Просто гребаный водомет.

Падаю животом на асфальт, стреляя водой ей на ноги из-под машины, а она ловко запрыгивает на капот, прямо на каблуках, свешивается, и я вижу улыбку на ее мокром лице.

– Первое правило боя – распознай сильные и слабые стороны противника, но предупреждаю… У меня слабых сторон нет.

Роклин нажимает на пуск, я пытаюсь уклониться, струя бьет мне в затылок, и я роняю свой шланг. Подпрыгиваю, крутанувшись, и дергаю за конец ее шланга. Она вскрикивает, пытаясь удержаться, но капот слишком скользкий. Дергаю ее за лодыжку, притягиваю к себе и вырываю шланг из рук.

Положив руки мне на плечи, Роклин смеется, долго и громко, запрокинув голову. Мои глаза прикованы к ней, я буквально растворяюсь в этой офигенной блондинке. Ее волосы растрепаны, под глазами подтеки туши, с униформы капает вода, один гольф спущен, другой еще держится.

Смех стихает. Теперь все ее внимание сосредоточено на мне, и это вызывает у меня первобытное влечение. Заправляя мокрые пряди ей за ухо, случайно задеваю бриллиантик в мочке. Моя рука скользит по линии ее подбородка. Смотрю на ее губы и в очередной раз отмечаю их полноту. Моя потребность в ней ненасытна. Так было с первого дня, с первой минуты, как бы глупо это ни звучало.

– Соблазнительная маленькая воровка… крадет мое время, мои мысли… мои фантазии… – шепчу я.