Вижу его босые ноги, и мои собственные ноги едва не отнимаются. Открываю дверь шире. Он лежит на полу, подложив под голову подушку; грудь поднимается и опускается от частых вдохов.

Замерев, наблюдаю за ним.

Он весь дергается во сне, губы кривятся, а руки сжимаются в кулаки. С губ слетают слова, но они настолько неразборчивы, что я ничего не могу понять.

Подхожу к нему, опускаюсь на колени и нежно провожу кончиками пальцев по лицу. Бастиан вздрагивает, потом, не открывая глаз, он прижимается щекой к моей ладони. Постепенно его дыхание приходит в норму, он расслабляется, и вдруг…

И вдруг пистолет вонзается мне между ребер.

Я стискиваю зубы, чтобы не закричать, а он, прищурившись, смотрит на меня.

Потом к нему приходит осознание. Он отбрасывает пистолет и моргает. Его рот открывается, но из него не вылетает ни звука.

Мгновение мы смотрим друг на друга, и мне становится понятно, почему он никогда не оставался в моей постели до утра.

Бастиану снятся кошмары.

Конечно, снятся.

Его избивал отец – его и сестру, – в то время как мать наблюдала за этим, ничего не предпринимая. Он убил того, кто должен был любить его безоговорочно и кого он сам должен был любить.

Тогда ему едва исполнилось пятнадцать, но его проблемы не закончились после того, как он всадил пули в голову этого недочеловека, потому что теперь он был разлучен с сестрой.

Подползаю к нему, сжимаю его руку в своей и тяну. Он неохотно позволяет отвести себя обратно в кровать, и мы вместе забираемся под одеяло. Я обнимаю его, и он зарывается носом в мои волосы.

Проходит несколько мгновений, и он стонет. Потом снова и снова. Я поглаживаю его голый живот. Так продолжается всю ночь, и, только когда солнце робко заиграло за приоткрытыми шторами, он расслабляется и засыпает спокойно.

Все это время я лежала, прокручивая в голове события последних месяцев и особенно последних дней. Мне хочется выбраться из кровати и вернуться в Грейсон Мэнор раньше девяти, чтобы поговорить с отцом и остальными наедине. Единственное, что меня останавливает, – это хаос, который устроит Бастиан, обнаружив мое исчезновение. Он никогда ничего не делает наполовину.

Мое внимание привлекает скрежет за окном. Смотрю на Бастиана – он вроде бы спит, соскальзываю с кровати и подхожу к окну посмотреть.

Вижу Хейза, приятеля Баса. Он вышел из большой стальной двери с гигантским колесным замком в центре. Оставив дверь приоткрытой, парень куда-то уходит.

Почти не раздумывая, я лечу вниз и проскальзываю в узкую щель. Со ступенек мне виден коридор с жутковатым освещением, как будто специально задуманным для того, чтобы усилить криповую атмосферу этого места.