Четыре года назад

КОГДА ЧУВАК СКАЗАЛ «ЭТО РЯДОМ», Я ПОДУМАЛ, ЧТО ОН ИМЕЕТ В ВИДУ ПАРУ ЧАСОВ ЕЗДЫ, но не проходит и получаса, как мы подъезжаем к обшарпанному дому, который выглядит так, словно в нем живут ночные кошмары.

Но мне ли судить?

Мой родной дом был свежевыкрашен, на крыльце висела деревянная табличка «Добро пожаловать», но внутри жил дьявол. Должно быть, хорошее скрыто в уродливом, потому что его нельзя испортить, поломать или извратить.

Мои глаза смотрят в никуда.

– Когда я смогу увидеть свою сестру? – снова спрашиваю я.

Он пересаживается ко мне на заднее сиденье.

– Женщина, которая управляет этим домом, отвезет тебя к ней, как только позвонят врачи и скажут, что ее прооперировали.

Операция.

Врачи.

Ей будет страшно, когда она проснется одна, но что я могу сделать.

– А меня там не будут ждать копы?

– В ту же секунду, как я оставлю тебя здесь, все, что было до сегодняшнего дня, исчезнет.

Обращаю на него пристальный взгляд, сомневаясь в каждом слове.

– Как это?

– Я работаю с влиятельными людьми.

Ответ уклончивый. Но опять же, может, так и есть. Кольцо на его правой руке из такого блестящего золота, какого я никогда не видел.

– А моя мать? – У меня сводит челюсть при мысли о ней.