Сначала я думаю, что он выйдет, но этого не происходит. Он заходит внутрь, засунув руки в карманы, и, повернувшись спиной, встает прямо передо мной. В воздухе чувствуется напряжение.
– Красивое ожерелье.
Я едва не подпрыгиваю, удивленная тем, что решил со мной заговорить. Боже, как я скучала по его голосу. Мне нужно взять себя в руки. В ответ я молчу. К сожалению, притвориться, что его здесь нет, – это лучшее мое оружие.
– Впрочем, я бы скорее выбрал для тебя рутиловый кварц. Этот цвет тебе не подходит.
Я сдерживаю смешок. Он-то откуда знает? Он все равно их не видит. И все же… он прав. Рутиловый кварц, с его бежево-коричневыми оттенками, идет мне куда больше. Но я скорее умру, чем признаю это.
Внезапно он нажимает на кнопку аварийной остановки. Лифт слегка потряхивает, и это застает меня врасплох. Мне хочется спросить, что он делает, но он вдруг оказывается прямо передо мной, и его пристальные глаза отчаянно ищут мои. Я пытаюсь удержать на месте свою маску, чувствуя ужас от одной только мысли о том, что он собирается мне сказать.
– Я думал, ты вернулась в Италию, – ровным голосом говорит он.
Я невозмутимо одариваю его насмешливой ухмылкой.
– Передумала. Прости, что разочаровала.
Он несколько мгновений молчит и внимательно меня изучает. Мои руки покрываются мурашками, и это раздражает. Мне нужно срочно выбраться отсюда.
– Ты снова начала играть?
Я не знаю, к чему он клонит. Что с ним не так? Я снимаю очки, чтобы увидеться с ним лицом к лицу, и приподнимаю бровь.
– Что ты от меня хочешь, Левий? Давай быстрее, у меня нет времени.
На его лице ни единой эмоции. Я оказалась отличным учителем. Меня очень удивляет, когда он вдруг говорит:
– Я хотел бы поговорить.
– Мы же уже все сказали, нет?
Он отрицательно качает головой, и на этот раз я вроде бы даже замечаю в его глазах сожаление и стыд. Следующие его слова кажутся мукой:
– В тот вечер я не дал тебе высказаться. Я слишком злился… Но все равно должен был это сделать.
– Не понимаю, что это меняет.
– Многое, – вздыхает он. – Я должен выяснить кое-что раз и навсегда. Ты была серьезна, когда сказала, что сменила сторону?