Его красивые губы изгибаются в ледяной улыбке.
– Значит, бегство. Не слишком удивлен, но все же разочарован. Роза не изменяет своим прежним привычкам, потому что боится темноты, точно маленькая девочка, которая боится монстра под кроватью…
– Да пошел ты.
– Нет, да пошла
Он не дает мне времени ответить. Он снова нажимает на аварийную кнопку, и лифт возобновляет движение. Мне дурно. Он прав: таких трусов, как я, еще поискать.
– Я устал, – тихо добавляет Левий, когда двери открываются на первом этаже. – Я больше не могу за тобой бегать.
Не сказав более ни слова, он исчезает.
С трясущимися ногами я хватаюсь за стенку, чтобы не упасть. Проблема не в том, верю я ему или нет. Это была лишь отговорка. Я прекрасно видела проблеск искренности в его глазах.
Я небезразлична Левию Ивановичу так же, как и он мне.
Настоящая проблема в Тито. Я даже представлять не хочу, что случится, если я решу вернуться на сторону Левия. В отместку отец наверняка сбросит свою бомбу. А об этом не может быть и речи.
Уж лучше пускай Левий ненавидит меня, чем сядет в тюрьму. Он будет проклинать меня… но хотя бы останется на свободе и воссоединится со своей матерью. Как он всегда и хотел.
Моя семья и без того уже принесла им достаточно страданий.
Я не стану поддерживать это проклятие.
* * *
Я не буду есть. У меня пропал аппетит.
Я сразу же возвращаюсь назад, параллельно избавляясь от этого проклятого ожерелья, которое вдруг резко потяжелело. Поверить не могу, что моему отцу удалось меня подкупить. Это была просто взятка, не более. Он в таком хорош.
Принимаю душ и вскоре засыпаю. Я проваливаюсь в глубокий сон без сновидений. Так проходит три часа. После полудня меня будит стук во входную дверь. Я игнорирую его, думая, что либо ее откроет Тито, либо наши незваные гости в конце концов сдадутся, но шум не прекращается.
Поэтому я встаю и, все еще полусонная, иду к двери. Увидев троих охранников, я напрягаюсь.
– Добрый день. Вы Роза Альфьери?