Но он отрицательно мотал головой.

– Я жалок настолько, что сам себе противен, бабушка.

– Неправда, - не соглашалась старушка, - замолчи, Коля, не говори больше ничего.

– Я подал заявку на перевод, - продолжил он, не слушая мольбы бабушки, - и мне пришло очень много ответов. Такой хирург как я везде требуется. И я бы уехал. Но меня заешь, что остановило?

– Не хочу знать, идем спать, я устала!

– Ты, бабушка! - чуть не выкрикнул он в запале. - И я остался! Я трус! Я подумал, если бы ты умерла, я бы уехал отсюда навсегда! Я страшные вещи подумал о тебе, бабушка!

Он высказал, то, что так мучило его, и бессильно упал на стол, спрятав лицо в руках.

– Ах, - раздался за столом стон облегчения, - так все дело только в этом? А я, грешным делом, о самом страшном подумала. Фух! - выдохнула старушка.

Аверин в недоумении поднялся и выпучил глаза на баб Нюру. В его понимании не укладывались ее слова. Что еще может быть страшнее его мыслей о ней?

– Так, - к ней вернулась былая деловитость, - не грузи меня, внучек. Я прекрасно помню, что тебе говорила тогда. Поди, не совсем ку-ку.

– Чего не могу сказать о себе, - раздался первый грустный смешок от Николая.

– Да что ж с вами поделать? Совсем одряхлела молодежь, - достала старушка из кармана игральные кости, - никакой закалки и выдержки. Я прекрасно помню, как сказала тебе, что женщина твоя начхает на твою работу. А никак не жена. Не могла я гадать на змеюку твою особо ядовитую. Все что я говорила, было о другой. И грешным делом, каюсь, высмотрела одну и подарила ей крем с запахом…

– Магнолии! - вскрикнул Николай и как ошпаренный подскочил на ноги.

Он тут же вспомнил, как уплывало его сознание от удовольствия, стоило Ане оказаться рядом. Как она забавно чихала на обеззараживатели в больнице, как разъяренной кошкой бросалась на персонал, если ее не впускали в кабинет вместе с сыном. Это все про нее!

Баб Нюра увидела, что лицо внука понемногу возвращает краски и довольно улыбнулась.

– Вот, - подбросила она игральные кости, - мое любимое число пять. Если выпадет пятерка, погадаю, так уж и быть.

– Выпадет! - с напором выпалил Аверин.

Она бросила на стол кубики, и они оба замерли в ожидании.

– Два и три! - вскричал в азарте Николай.