– Может быть, я уже думал об этом – во всяком случае, обо всем, что связано с колледжем.

Я ничего не ответила. Кто бы знал, что он думает о таких материях, строит планы с моим участием… что он способен выдернуть людей из их жизни и привить, как растение, к своей жизни, сделать их лучше, сильнее… Иногда мне даже не верилось, что бывают такие личности, как Адам. А порой я думала, как это несправедливо, что он может быть таким, а я не могу.

Адам

Джолин молчала всю обратную дорогу до дома. Не потому, что злилась или даже грустила, просто… притихла.

– Мы смотрели фильмы и похуже, – я нарушил затянувшуюся паузу.

– Что? – переспросила она, не поднимая глаз. Мои пальцы чесались от желания прикоснуться к ней, скользнуть по ее ладони. Я зашел слишком далеко с нашим будущим, планированием нашей жизни. Я знал, что глупо этим заниматься, когда нам нет и шестнадцати, но Джолин всегда подталкивала меня к безрассудным, невозможным фантазиям. И теперь мое сердце ныло от сознания того, что у нее на сердце тяжесть.

– Эта хрень, на которую мы потратили два часа. Разве тебе не хочется разорвать ее на кусочки?

Она пожала плечами.

Я замедлил шаг, когда мы подошли к дверям дома.

– Это из-за того, что я сказал? О нашем будущем? Ну, ты же понимаешь, я просто придумывал на ходу.

– Я знаю. Просто… – Она закусила щеку. – Ты действительно думаешь, что у нас будет хоть что-то из этого?

Я ответил на автомате:

– Я думаю, у нас получится столько, сколько мы захотим.

Выражение ее лица немного смягчилось, когда она посмотрела на меня. Я готов был поклясться, что она сейчас заплачет, и мое сердце сжалось, но она отвернулась и пробормотала что-то о том, что ей нужно лечь, потому что у нее болит голова.

– В твоей квартире? – недоверие окрасило мой голос. Джолин никогда добровольно не запиралась в отцовской квартире. Только если бы голова у нее буквально раскололась надвое, я бы понял ее решение вернуться к Шелли. – Мы могли бы пойти посидеть где-нибудь или…

– Я найду тебя позже, если пройдет, хорошо? – Она не оглянулась, когда начала подниматься по лестнице.

В отличие от Джолин, я не испытывал такого страха перед отцовской квартирой. Вот уже полгода мы приезжали сюда каждый второй уик-энд. Отец не слишком дергал меня из-за того, что большую часть времени я провожу с Джолин, а остальное время – за закрытой дверью спальни. Меня тошнило от самой необходимости находиться здесь, но я придумал способ свести наше общение к минимуму.

И это работало.

И отец как будто смирился с этим.