– Шелли дома?

Я едва успела пробормотать «нет», когда Джереми протиснулся мимо меня.

– Что с твоим отцом?

– Как ваш отец?

Джереми сложил руки на груди и окинул меня взглядом.

– Ну, ты все же не выглядишь глупой…

Я захлопнула дверь и стиснула зубы.

– Я знаю, что у Адама неприятности. Но не знаю, насколько все серьезно.

– Да, но, наверное, можешь догадаться? – Когда моим единственным ответом стал свирепый взгляд, Джереми продолжил: – Он под домашним арестом до скончания веков, но этого следовало ожидать. Ни телефона, ни интернета, никакой личной жизни. Благодаря тебе мой братик будет сидеть взаперти, пока не окончит школу.

Я плюхнулась на ближайший стул, забыв о своем негодовании. Я представила себе будущие выходные у отца и увидела себя затворницей в своей комнате, где смотрю фильм за фильмом, ни на чем не сосредоточиваясь, кроме как на количестве ногтей, не обгрызенных до мяса. С уходом миссис Чо и в мамином доме меня не ожидало ничего хорошего. У меня оставалась только школа, но футбол закончился, с Черри мы не разговаривали, клип для «Ядовитого кальмара» был снят, так что тусовки с Гейбом и его ребятами случались бы все реже. Больше никаких переписок с Адамом. Больше никакого Адама. Точка. Из меня словно выбили дух.

– Он не может так поступить.

– Э-э, он может. Тебя вообще колышет, что пришлось пережить моему отцу прошлой ночью? Ты хоть можешь себе представить? – Он закончил ноткой отвращения, отчего я вздрогнула. – У Адама с отцом только стали налаживаться отношения, и одной глупой ночью ты все разрушила. Ты это заслужила. И Адам тоже. Но не наш отец.

Его слова ударили в самое сердце, и боль пронзила меня насквозь.

– Я виновата. Пожалуйста, не сердись на Адама из-за этого. Прошлой ночью кое-что случилось, и я не знала, к кому еще обратиться. Ты должен сказать своему отцу, что Адам ни в чем не виноват.

Джереми вздохнул:

– Ага. Если только ты физически не помешала ему вернуться домой прошлой ночью, тогда это его вина. Какое бы оправдание ты ни придумала, Адам будет выглядеть не только глупцом, но и трусом. Поверь мне, глупость обходится дороже всего. – Он вернулся к двери и открыл ее нараспашку. – Вам некого винить, кроме самих себя.

Слезы потекли по моим щекам. Нет, подумала я. Этого просто не может быть. Я не могу потерять его и разрушить все, чего он хочет. Я уже была на ногах, устремляясь к двери, как будто Джереми открыл ее для меня.