– Почему?

Как по мне, Дез ей прекрасно подходит. Он по-особенному смотрит на нее. Нет, его взгляд не пылает любовью, но несложно понять, что Дез неравнодушен к Нелли.

– Дезу будет скучно со мной. Тем более мне до сих пор стыдно за тот случай с Джорданом. Дез наверняка считает меня наивной дурочкой, – покачав головой, говорит она.

– То, что ты влюбилась в мразь, не значит, что ты дурочка. Все мы влюбляемся. Всем нам сносит башню от чувств. Парни способны ослепить до такой степени, что ты не сможешь различить, кто перед тобой: ангел или демон.

– Я знала про наркотики, у меня был шанс все остановить.

– Ты так и сделала, Нелли. Если бы не та драка, возможно, мы бы с тобой сейчас не разговаривали. Джордан получил по заслугам благодаря тебе.

Но она не собирается с этим соглашаться. Качая головой, Нелли поднимается с кровати и подходит к чайнику, который мы приобрели буквально на днях. Вдруг она замирает.

Сев на постели, я хмурюсь и зову подругу. Когда Нелли поворачивается, ее взгляд устремлен на собственную руку, в которой лежат мои сигареты. Мне становится стыдно.

– Ты никогда не курила, – укоряет она.

– Я не злоупотребляю, – вру я, прикрыв глаза. – Пожалуйста, Нелли, не начинай, сигареты – это не наркотики из гаража.

Когда до меня доходит, что я сказала, мне хочется убить себя. Нелли бледнеет, и блеск в ее глазах гаснет. Встав на колени на кровати, я начинаю просить у нее прощения. За эти три месяца я успела наговорить много лишнего, потому что мои мысли заняты совсем другим и язык контролировать некому.

Уверяя, что все нормально, Нелли вновь поворачивается к чайнику и, убрав пачку сигарет подальше от себя, включает его. Спустя время мы уже пьем горячий растворимый кофе, наслаждаясь свежим воздухом из открытого окна.

Теперь я удручена еще и предстоящей встречей с родителями. Хотелось бы знать, что меня ждет, когда я переступлю порог родного дома. Мама найдет, чем вынести мне мозг. Самое главное – не сорваться и не уехать, не проведя хотя бы минуту с отцом.

– Ты слишком много думаешь, – вдруг произносит Нелли, заставляя меня посмотреть на нее.

– Каждый человек много думает, – хмыкаю я.

– Нет, я имею в виду другое. Ты каждую свободную минуту думаешь о нем.

– Не угадала, мои мысли о родителях. Нет никакого желание ехать к ним. Если бы не отец… Я не знаю, как меня встретят, но что-то мне подсказывает, что это будут самые трудные дни в моей жизни.

Я устало опускаю голову и разглядываю содержимое моей кружки. Самое сложное всегда ждет впереди. Прежде чем дойти до света в конце туннеля, предстоит триста раз споткнуться в темноте. Если посмотреть назад, можно отчетливо увидеть, сколько булыжников лежало на моем пути.