— Тимох, там бабулька хочет узнать какого порося у Тихоновны покупать на забой…
— Тимош…? — обиженно складывает губы Бронислава. Разбудил всё-таки…
— Ронь, спи… — легко целую её в висок. — Я сейчас одному поросю про другого скажу и вернусь…
* * *
— Ну, раз встал, так поешь давай… — ставит передо мной горку из тонких кружевных блинов Ронькина бабушка. — Вон, сметана ещё и варенье…
— Я к Роне пойду… — быстро съедаю один блин, чтоб не обидеть тетю Нюру.
— Так я сейчас позову Роньку-то… — делает она пару шагов в сторону нашей комнаты…
— Нет! Дайте ей выспаться наконец!! — сам от себя не ожидал…
— Надо же… — усмехается бабушка Брониславы. — Защитник какой… Ну, иди, охраняй свою красоту… Вот ведь, повезло внучке… — добавляет почти неслышно…
— Это мне повезло… — так же тихо отвечаю я…
* * *
— Сколько? — переспрашивает Бронислава, потирая глаза…
— Два часа сорок три минуты… — не даю ей вывернуться из своего захвата и встать…
— Да я в жизни до полдня не спала! — улыбается, потягиваясь в моих руках…
И мысли про «или чё» уже не кажутся такими неисполнимыми…
— Привыкай… Consuetudo est altera natura…
— Угу… Привычка — вторая натура… — утыкается мне лицом мне в шею и «или чё» становится ещё ближе…
— Ты откуда латынь знаешь? — прижимаю её так, чтоб сомнений в моих намерениях не осталось…
— На упаковках от пиццы читала… — поддевает меня за ту мою тупость…
— Ронь… Ну, прости… — чуть отодвинувшись, целую в переносицу.