— Так она ж правда… — начинает дед, но гулкий звук, как по пустому ведру, заставляет его замолчать.

Открываю глаза…

Чего только в деревне Дуброво не случалось, а такого ещё не было…

Прямо перед крыльцом в ряд лежат три гусиные тушки, а рядом тачка и в ней… Козёл… И тоже не совсем, чтобы живой…

А рядом со всей этой дохлой живностью, уперев руки в бока, стоит щупленькая бабка в спортивках линяло-синего цвета с отвисшими коленками и рубахе в грязно-серую клетку, завязанную узлом на животе. На голове у неё платок расцветкой под гжель, из под которого выбиваются седые прядки, на концах окрашенные в ядовито-оранжевый цвет.

А чуть поодаль стоит здоровенный мужик — метра два, если не больше, ростом и весом центнера полтора…

И мужик этот единственный, кто не произносит ни слова, просто с отсутствующим лицом наблюдает за всем происходящим…

— Тима-а-а, ну, доведи меня до туалета!! — снова дёргает меня за руку Альбина.

Да, мать её, мамину подругу то есть, у меня сейчас спина треснет!!!

С трудом отцепляю пальцы Альбины от своей руки. Вцепилась, как краб в добычу!

— Иди вперёд! — чуть подталкиваю её к ступенькам, но Альбина упирается так, словно я её к эшафоту толкаю.

— Там мёртвые звери! — шмыгает носом.

— Ничо, щас Ронька их оживит! — уверенно так ляпает Касьяновна. — Или как там правильно? Переродит?

— Так-то, да, если эта кукер… нация… то эт… да — перерождение! — с умным видом заявляет дед.

— Я тебя сейчас, чёрт плешивый, назад перерожу! — звонко так хлопает его по спине бабушка Брониславы. — Одни убытки от тебя, беса старого!! Дотрепался своим языком дурным вон до чего — люди поверили, что у нас тут незнамо, что творится!! И без того проблем по горло, а тут… Иди, Касьяновна, подобру-поздорову отсюда и дохлятину свою забери!! А ты, — снова бьёт деда по спине полотенцем, — если в чернокнижники подался, то следом за ними ступай!! Мало у девки проблем, так дед родной ещё подкинет!!!

— Я описаюсь сейчас! — хныкает Альбина.

— Мам, может, правда, пойдем уже…? — вдруг подаёт голос до того молчавший бугай. — Я ж тебе говорил…

— А ну, цыц!! — рявкает на своего двухметрового сыночка Касьяновна. — Пока Ронька обряд нужный не проведет, никуда не уйдем!!

— Я тебе щас такой обряд проведу!! — начинает спускаться по ступенькам тетя Нюра. — И приворот, и отворот, и от ворот поворот!!!

— Забирайте свою скотину! И маму тоже! — решаю вмешаться я. — Вы же понимаете, что это всё сказки и…

— Да не факт… — пожимает плечами сын Касьяновны. — Всякое бывает…

— Тима-а-а… — уже скулит Альбина.

— Пошли! — беру её за руку и тяну с крыльца. — Глаза закрой, если боишься!

А то ведь и правда, описается…

И, достав телефон из кармана спортивок, набираю Акиму…

Нет, дело не в том, что я чего-то там боюсь, но командовать в чужом доме и наводить тут свои порядки…

Достаточно уже, что из-за меня тут мама с её протеже нервы мотают своими дворянскими манерами.

Вчера они не уехали, потому что как же — ехать в ночь, а они устали… Нет, если бы со мной, то, конечно, а так…

А отправить одного водителя в ночь до города — это нормально.

И если бы я знал, то лучше бы уехал с ними — перед дедом и бабушкой Брониславы, да и перед всей её семьёй неудобно так, что не знаю, как извиняться…

Но сам не понял, как отрубился… Да потому что до того спал урывками из-за регулярно простреливающей боли…

И, как результат…

Аким отвечает буквально после первого же гудка и я, не дав ему подробно описать, насколько именно я использованный гандон, перебиваю его и обрисовываю ситуацию…

— Ебались черти по углам…! — только и отвечает старший брат Брониславы. — Будем сейчас!

И тут же сбрасывает вызов.

— Тима-а, не тяни! — верещит Альбина. — Я не могу так быстро идти!!

— А повыше-то каблуков у тебя не нашлось⁈ Почему у хозяев тапки не попросила?

— Это не гигиенично! — тут же распахивает глаза и смотрит с таким видом, будто я ей предложил у бомжа обувь попросить. — Они же… Они тут ноги не моют!!

— Да ладно!! — подталкиваю эту специалистку по деревенской гигиене к туалету. — А ты откуда знаешь⁇

— Так деревня же! — шатаясь проскальзывает в дверь туалета Альбина. — Тима, ты не уходи только, я назад не дойду! — доносится уже из-за двери.

Нагрешил я в прошлой жизни, видимо, до хрена как…

* * *

— Я упаду иначе!! — льнет ко мне Альбина, когда мы спотыкаясь и запинаясь на каждом шаге, идём от туалета к дому.

— Разувайся и иди босиком! — цежу сквозь зубы, потому что спина сейчас просто отвалится.

— Но тут же… земля и… фекалии! — ещё сильнее виснет на мне эта королева брезгливости.

— С чего ты взяла? — шиплю, мечтая скорее дойти до дома и отцепить от себя наконец эту липучку.

— Потому что тут деревня! — мог бы и не спрашивать. — А в деревне везде фекалии! Они это для урожая и чтобы не пропадало это… Ну, ты понимаешь?

Ага, понимаю… Понимаю, что мозг и Альбина друг друга не выносят и потому живут отдельно…

И вот такую мама моя желает себе в невестки…?

Кстати, об этом…

— Альбин, а мама моя где?

Просто скандалят все громко и дружно, а она даже на крыльцо не вышла посмотреть, что происходит…

— А тетя Верочка спит ещё, наверное… Не знаю, я же с тобой спала…

И я физически чувствую, что значит «трендец»…

Ладно, сейчас доведу эту страдалицу до дома и пойду… На хер я пойду, судя по всему…

А я-то думал, Аким меня чехвостит потому что обиделся на то, что мама с Альбиной наговорили…

А тут такого размера кабздец, что пиши пропало…

И как теперь объяснять, что это не то, что все подумали.

Да, ети в душу мать, это даже рядом не лежало!!!

Угу… И все, походу, видели, что и с кем там рядом лежало…

— Ой, смотри, опять эта рыжая деревенщина! — толкает меня в бок Альбина и прежде, чем зажмуриться от боли, я замечаю, как в калитку входят Ронька и Роник…

И вижу также, что Бронислава окидывает говорящим таким взглядом меня и прилипшую ко мне Альбину…

— И что ей тут надо? — возмущается висящая на мне идиотка.

— Действительно… И что ей надо в собственном доме⁇ — пытаюсь вырвать свою руку из захвата.

— Ну… Могла бы понять, что она здесь лишняя сейчас…

Я даже не нахожу, что тут ответить…

— Ронечка!!! — переключает с нас внимание вопль Касьяновны. — Ну, помоги ты мне, деточка! Видишь Венька наш помер!!!

44. Роня

44. Роня

Перевожу взгляд с одного козла на другого…

К тому, что в тачке у меня претензий нет, жаль только, что хозяева его неумные устроили тут цирк с клоунами. А, вот, ко второму, у которого рогов и копыт нет, кое-какие вопросы имеются.

Нет, понятное дело, Тимофей мне ничего не обещал, в любви не клялся и замуж не звал. И козлом я его назвала от обиды.

Никакой он не козел, просто… Да просто всё у него просто: в городе одна, в деревне другая, чтоб время в пустую не тратить…

И он-то уедет и забудет, а мне, в добавок к колдовству, ещё и брошенной невестой быть. Причем, порченной, конечно, как же иначе…

Ладно, с Тимофеем всё понятно, а что вот с этим филиалом мясокомбината в нашем дворе делать?

И это ведь только начало, да?

И радоваться нужно, что никто из людей в нашей и соседней деревне не умер, а то и гроб с покойником додумались бы приволочь…

— Вы на кой хер эту дохлятину сюда притащили⁇!! — рявкает Роник.

— Так чтоб… того… Назад… Ронечка чтоб оживила… — тут же начинает причитать Алевтина Касьяновна. — Венька у нас трёхлеток только и, вон, какое горе! Я ж его за такие деньжищи на племя брала! А что теперь⁇!!

А ведь она бухгалтером в городе до пенсии работала…

Что ж про остальных-то тогда говорить…

— Алевтина Касьяновна, не знаю, кто эту чушь придумал… — бросаю взгляд на дедулю и он виновато опускает глаза. — Но нет у меня никаких таких способностей!

— А этот кот ваш как же? — влезает в разговор её сын. — Дед твой всем уже разболтал, что ты его шавку оживила!

— Не говорил я такого! — тут же возражает дедушка. — Я сказал, что Жучка моя с Того Света вернулась, а то, что это Ронька сделала — не говорил!!

— А чё говорить то, когда и так всё понятно!! — взмахивает руками Алевтина Касьяновна, словно собирается взлететь. — А как ещё-то тогда⁇!!

И правда, как ещё…?

— Ну, что тут у нас? — а вот и до вызова участкового дошло…

Не хватало только, чтобы дело ещё какое-нибудь завели…

— А у нас тут психушка на выезде! — заходит следом за участковым в калитку Аким. — Делайте с ними что-то уже или будем сами разбираться…

* * *

Бездумно переставляю банки с рыбными консервами с одного места на другое.

Что ж за напасть такая⁈

И ладно бы кто-то один во всю эту чушь поверил — один дурак и среди профессоров найдётся, не то, что в деревне, но чтобы так…

Нет, справедливости ради, на нашу семью всегда смотрели с непонятками: мама с папой с их интересом ко всему загадочному, плюс, детей, то есть нас, только успевай пересчитывать, но чтобы всякие магические способности приписывали…

И ведь попробуй докажи, что ты не ведьма…

Не будешь же ко всей деревне в костюмах чертей ходить…

— О! Ты сегодня работаешь⁈ — отвлекает меня от не самых приятных мыслей Лерка. Та, которая Петькина жена…