____________________________________________

Дорогие мои читательницы!

Если роман вам понравился, не забудьте добавить его в библиотеку, а также кликнуть на кнопочку “Мне нравится”! Мы с музом будем очень рады вашим комментариям и лайкам! Порадуйте автора, а автор порадует вас новыми романами.

Для того, чтобы отслеживать мои обновления, нажмите кнопочку “Отслеживать автора” на моей странице!

Всем хорошего дня и котика!

2. Макс

«Побуду вашим котиком».

Вот с чего Женька решил, что уборка в костюме из секс-шопа мне дико понравится? Я что, похож на озабоченного японца? Эти-то известные извращенцы, им только дай нежную девочку-школьницу. И неужели это кого-то возбуждает? Вообще вся ситуация очень… странная. Мне казалось, что на порно-горничных падки только злостные онанисты и фетишисты.

Ну а мне-то она зачем?

Разглядываю пришедшую девочку. Небольшого роста, ладненькая, с острым подбородком и пухлым ротиком, блестящим от глянцево-алой помады. Она напоминает маленького хищного зверя, когда улыбается. Походит на него белыми острыми зубками и столь же острым, цепким взглядом. Им она ощупала меня с ног до головы. Мне это не в новинку.

Теперь глаза она старательно отводит, но не слишком быстро. Хочет, чтобы я заметил, какие они у нее красивые — чуть миндалевидные, обрамленные длинными ресницами. Темные, почти черные, слишком густо подведенные.

Вообще я не люблю макияж на девушках, он их старит. Получаются лица-маски, лишенные всяческой индивидуальности. Встречаешь одну мадам, а наутро просыпаешься совсем с другой, и это еще повезло, если она накануне смыла краску с глаз. Не то тушь (и что там еще было наштукатурено) осыпается, и привет, красноглазая панда с перегаром.

Вот с фигурой другое дело: ее не нарисуешь. У «котика-на-час» с телом проблем нет, и она это знает. Чулки обтягивают длинные ноги, ровные подтянутые бедра, и задница, я уверен, такая же подтянутая. По ним хочется провести рукой, забраться под пошлую оборчатую юбку. Проверить, стало ли влажно в трусиках этой девочки.

От этой мысли я слегка возбуждаюсь. Член наливается горячей тяжестью, дыхание сбивается, становится глубоким.

Снова смотрю на тонкую талию, на небольшие полукружья груди. Снова замечаю на себе ответный взгляд.

Она же этого и хочет — чтобы я обратил на нее внимание. Может, спонсора ищет, надеется, что я западу. Глупая.

Словно в знак протеста, я достаю газету, разворачиваю и тупо смотрю на убористые строчки. Те сливаются в черные, неразличимые полосы, смысл их ускользает из сознания.

Думаю я только о горничной.

Интересно, сколько ей заплатили? И она на самом деле хочет секса или же лишь прикидывается? Не понимаю. Я-то, конечно, могу растянуть ее на столе и как следует трахнуть. Надо было уточнить у Женьки, оказывает ли девочка еще какие-либо услуги, кроме уборки. А теперь уже поздно.

Я отгибаю угол газеты и украдкой смотрю на девушку. Теперь она протирает пыль на книжной полке. Нет, она не школьница, лет двадцать пять уже стукнуло. И чувствует себя с голым задом вполне уверенно, профессионалка. Эскортница? Может быть.

Зря не уточнил, вот зря. Я бы усадил ее на себя, сорвал к чертям дешевый корсет. Лизнул затвердевшие соски, как конфеты.

А вина не хочется, на самом деле. Сам не понял, зачем налил, так что теперь просто кручу ножку бокала в пальцах. Опять ноют виски — последнее время голова раскалывается слишком часто. Может, кстати, от того же вина, выпитого накануне. Сколько же можно бухать. Поэтому я ставлю нетронутый бокал, откидываюсь на спинку кресла и прикрываю глаза в надежде, что боль утихнет. Так действительно становится легче, и я просто лежу. Плыву во тьме и забытьи.

Швабра теперь шуршит в коридоре. Шурх-шурх. Звонкий плеск воды.

Мысли возвращаются к полуголой горничной. К ее аккуратной попке, которую хочется шлепнуть. Как наверняка покачиваются ее груди, когда она ритмично моет пол. Хотя в корсете они наверняка не покачиваются, но если распустить шнуровку на спине, и заставить мыть полы нагишом…

Хочется громко выругаться.

Женька заказал мне эту девицу. Зачем? Моя прислуга и так справляется, да и член у меня встает исправно, без тематических костюмов и прочей шелухи. Вот как сейчас — поднялся, хрен успокоишь.

Это Женька из-за нашего последнего разговора. Точно. Выпили в пабе в прошлую пятницу, и я разговорился. Стал развод вспоминать, про Марину расспрашивал, про мужика ее… Вел себя, как идиот, короче. А на самом деле, в последнее время отношений не хочется. Не тем голова занята: в бизнесе проблемы, проект застопорился, и новых тендеров не дают… Дел хватает, короче, не до баб. Вот честно.

Я повторяю это так часто, что почти себя убедил.

Марина ушла полгода назад, а я до сих пор помню тот день, словно он был вчера. «Ты всегда останешься моим другом, — так она сказала, заталкивая вещи в чемодан. — Очень близким человеком». Как будто мне от этого стало легче. Что ей не нравилось? Секс? Не верю, не хочу верить. В сексе у нас всегда был порядок. Деньги? Она покупала все, что хотела, у нее не было ограничений.

Да, тогда у меня было много работы, я часто пропадал в командировках и на встречах. Но это было и для нее тоже. Ведь именно на эти деньги она покупала шубы, которые потом так старательно упаковала в чехлы и отдала грузчикам из мувинговой компании.

И как же быстро она нашла мне замену.

Что-то на границе сознания тревожно ворочается, не дает расслабиться. Я потираю шею и нехотя приоткрываю один глаз.

Шурх-шурх швабры стихло. Когда успело? Я пропустил этот момент. Неужели задремал?

И куда пропала моя полуголая горничная?

Выбираться из кресла лениво, поэтому вытаскиваю телефон из кармана и открываю приложение видеонаблюдения. Пролистываю камеры.

Горничная находится в спальне, но занята она совсем не уборкой.

«Вот это уже интересно!» — с восхищением думаю, следя за тем, как ловко горничная распихивает по карманам мои часы и запонки. А казалась такой дурочкой, я же почти поверил. Ее выдавал только взрослый злой блеск в глазах, как у юркого зубастого хорька.

Взгляд у «котика-на-час» вполне настоящий.

3. Лера

Скачано с сайта knigomania.org

Попала так попала. Лера, твоя попа — просто магнит для неприятностей.

Сначала я улыбаюсь. «В любой непонятной ситуации улыбайся» — вот мое правило. Второе же правило гласит: «Никогда не признавайся». Даже если застукали с деньгами в руках — не признаваться ни за что. Они свалились с потолка, прилипли к ладоням, завалились за комод, а я их случайно нашла — что угодно, только не признавать свою вину. «Заберите их, не нужны они мне!» — вот так стоит говорить, обязательно с негодованием.

— Часы, — говорит Макс, и от звука его низкого голоса меня пробирает дрожь.

Я нехотя достаю из кармана передника тот самый вожделенный «патек филипп» и кладу его на стол рядом с собой. Подходить к Максу не буду, я же не совсем дурочка.

— И остальное тоже.

Что делать? Я вынимаю вторые часы и запонки, хоть расставаться с ними не хочется.

— Я хотела их протереть, — говорю.

— Угу, — Макс кивает.

— В ванной. Тряпочкой.