И тут до меня доходит.

Твою мать!

Я же сама только что пыталась снять штаны! Почему я не предусмотрела это?

Архипов сильнее меня, да и ему сподручнее стаскивать с меня мокрую джинсу, только вот мои трусики-шортики радостно ползут вниз вместе с верхним слоем.

Пискнув, я схватилась за край трусов, который уже показал верх дорожки волос.

Внимание Вика тут же переключается на торчащие соски, облепленные мокрой тканью спортивного топа.

Да что ж такое!

Я на панике рывком отворачиваюсь от Архипова, вставая лицом к раковине, в зеркале надо которым отражается мое лицо, полное смятения.

– То есть ты все-таки не натуральная блондинка, но светленькая, – добивает меня мерзавец.

Что? Он думал о таком?

Извращенец!

Тем временем, извращуга перестает церемониться и рывками стягивает мои джинсы до колен, они трещат, но поддаются, увлекая с собой эластичные шортики, которые предательски оголяют мой зад. Полная ликвидация трусов не происходит, только потому что я крепко держусь за них спереди.

Естественно, Архипов тут же распускает лапы.

Обжигающая ладонь ложится на замерзшую ягодицу, покрытую мурашками.

– Убери, ик, руки…

Видимо, настает предел терпения Вика.

Он резко поднимается, вырастая за моей спиной, и в зеркале я вижу, как он зол.

– А Бесу ты бы дала, да? В общем, разбирайся со своими проблемами сама: раздевайся, самоудовлетворяйся… Задрала ты, Таечка.

– Все мои проблемы только из-за тебя! – шиплю я.

Я и без того в полном раздрае, а Архипов еще и про Сашу напомнил.