Молчит стерва.

Мокнет и молчит. Сжимается вокруг меня туго.

Башню срывает полностью.

Я толкаюсь рывками, беря свое. Ведьма дышит открытым ртом, провоцируя в моей голове картинки, как однажды она меня порадует. Образы губ, скользящих по члену, подливают бензина в костер. Я даже готов выступить учителем. Идеально будет.

Я реально не ошибаюсь в Лисицыной. Ночью я сдерживался, как мог. В голове пульсировало, что я первый, не давая отпустить вожжи, но сейчас…

О нет. Это не предел того, как я хочу, но секс по-взрослому Тае заходит. Она, разумеется, в своем стиле. Партизанит, но меня не обманешь. Да и Лисицына не на опыте, чтобы качественно симулировать, так что ее реакции честные, и это меня вскрывает.

– Сдерживаешься? Зря.

Никакой пощады. Маленькая упертая врушка.

Я сильно подозреваю, что Тая, только что вступившая в сексуальную жизнь, без моей помощи не кончит, и меня это вполне устраивает. Значит, я решу, когда можно. А можно будет, когда меня перестанет скручивать в узел, при мысли о том, что Лисицына до хуя самостоятельная. Она вздрагивает от каждого толчка под аккомпанемент шлепков ягодиц. Я чувствую, как Тая пытается сжать мышцы посильнее, но это ей облегчения не приносит. Как и мне.

Член будто в огне. Вечный двигатель. Чем больше я вонзаюсь, тем больше энергии на движение. Замкнутый круг.

– Это расплата, ведьма.

Расплата за то, что я сейчас не в себе, за то, что она вся состоит из яда.

В груди маховик раскручивается на максимальных оборотах. Пульс бьет морзянку. Тоннельное зрение работает с перебоями, как под стробоскопом. Зато звуки и запах дают под дых.

Горячая лицемерная маленькая ведьма.

Почти хнычет.

– Лисицына, скажи вслух: «Вик, хочу кончить».

Меня раздирает от ее молчания. Я и сам в одном шаге от того, чтобы залить ее спермой, но так дело не пойдет.

– Давай, Лисицына.

Я замираю, оставив в стерве только головку. И о чудо. Вот она волшебная палочка. Тая стонет и подается назад, насаживаясь на болт. У меня от этого чуть винты не отлетают. Отпустив ее руки, которыми она тут же упирается в стену, я вцепляюсь в мягкие ягодицы, оставляя розовые следы от пальцев. Хочу запретить ей, но она повторяет фокус опять.

Твою мать!