Скрытая адреналинщица, походу.

Ощущая в себе желание придушить стерву, решаю провести время с пользой. В голове не успокаивается новая мелодия. Даже текст есть, надо предложить Лехе. С его голосом нормас будет. И название придумал.

«Королева самообмана».

Именно так я переименовал нашу программу.

Так что на макете красуется не старое «Взболтать, но не смешивать», а уже новое. Если будут возбухать, буду продавливать свое. Один хер, почти все песни написал я, поэтому парни обычно вякают, но смиряются. И уж если они хотят, чтобы я выкладывал это на своем канале, потерпят.

Струны горят под пальцами, но все равно не отпускает.

Дисгармония.

Вот.

Какая-то херота ворочается внутри и никак не уляжется. Привычного расслабона после хорошего секса нет, и на секс не свалишь, что он был плох. Лисицына раздала на соточку. Плечи до сих пор саднит. Маленькая врушка.

Хочется, чтобы она в глаза призналась, что ее от меня торкает.

Но ведьма опять меня морозит. С ее стороны прям зима, стоит вынуть из нее.

За окном уже совсем темно, вибрацией в кармане срабатывает напоминалка о том, что пора на репу.

У Лисицыной было достаточно времени, но на плакате всего две наклейки, и на физиономии ничего, что бы меня утихомирило. Только таращится своим непонятным взглядом и кутается в толстовку.

Ничего, ночью Тая запоет по-другому.

А может, и не ночью. Может, раньше.

Мне уже хочется завалить ее грудью на стол прямо здесь и еще раз показать, что все ее протесты несостоятельны, по причине лживости.

– По коням, Лисицына.

Ведьма вместо того, чтобы дать мне повод пропустить репетицию, занимаясь ее воспитанием, внезапно решает послушаться. И это тоже бесит.

Меня все в ней бесит.

Только и делает, что портит все мои планы. Даже сейчас, когда я целую ее, рассчитывая на отпор, она неожиданно покорно замирает в руках. И снова пялится на меня.