Не знаю.

Может, я страус, который прячет голову в песок?

Холодок, поселившийся в груди, никуда не исчезает.

Я возвращаюсь в репетиционную и плюхаюсь на дальнее кресло. В отсутствие Архипова парни позволяют себе уделить мне больше внимания. Никто не лезет, но косых взглядов достаточно. Да что ж такое? Как будто он первый раз с девчонкой пришел.

Меня раздирает от противоречивых эмоций.

Хочется заплакать, поскандалить, потребовать объяснений и одновременно – гордо уйти, молча хлопнув дверью.

Блин. Куда уйти? Мои вещи в квартире Архипова.

Как бы то ни было, нашим дорожкам пора разбежаться. Сегодня после репетиции и уеду. Мы квиты. Вик меня спас, получил благодарственный секс…

Я морщусь. Звучит омерзительно.

Как раз когда я взвинчиваю себя до предела, Архипов возвращается вместе с Бесновым.

И Вик злой, как будто его дьявол укусил. Он резко реагирует на какие-то безобидные слова парня за барабанной установкой. Атмосфера сгущается, но Саша кладет Архипову руку на плечо, как бы говоря, что стоит охолонуть.

Дернув плечом, Вик стряхивает ладонь Беснова.

Подходит ко мне.

И вот вроде лицо у него равнодушное, но я прям чувствую, что Архипов в бешенстве, хочется вжаться в спинку облезлого кресла, чтобы оказаться подальше.

Саша садится на соседнее кресло от меня, а Вик наоборот меня выдергивает.

Я пикнуть не успеваю, как твердые сухие губы наказывают меня, непонятно за что. Это буквально порка, но натиск такой, что я даже не сразу соображаю, что могу воспротивиться.

Я и руки между нами выставляю, только когда поцелуй прекращается. Губы горят, в голове пустота и шок. Я не из тех, кто любит вообще что-то выставлять на показ. Ну я так думаю. Раньше мне и нечего было показывать, но я никогда не понимала этих демонстраций. Да и от Архипова не ожидала.

– Ты охренел? – шиплю я на него.

– Ты ничего не хочешь мне сказать? – Вик пристально смотрит мне в глаза.

– Хочу. Ты придурок.