Топаю к своему буку. А вот ему клаву залили чем-то липким.

По херу мороз. У меня еще есть.

А драгоценные файлики я храню в облаке.

Пизда тебе, Дианочка, на этот раз окончательная, потому что и твой папаша тоже полетит со своего тепленького местечка.

– Что происходит? – Лисицына в своем репертуаре. Вот теперь она решила поговорить?

– Одна тварина нарисовалась. Зря ее из дурки выпустили.

– Какая тварина? – не отстает Тая.

– Думаю, ты сегодня с ней уже познакомилась. Так ведь? Подходила к тебе, рассказывала, какой я мудила и беспредельщик, да? А она жертва… – наступаю на Лисицыну, которая пятится от меня.

Глаза заволакивает черная пелена.

Я так не взбесился, даже когда Кира притащила эту мразь в первый раз. И когда Диана позвонила, я испытал что-то вроде облегчения, ведь она не стала больше прикидываться блаженной раскаявшейся дурочкой, а это означало, что у меня развязаны руки. Я уже тогда знал, что она не вытерпит и выкинет какую-то хрень. Несмотря ни на что, Диана свято уверена, что ей все сойдет с рук. Ну что такое отдых в комфортабельном рехабе по сравнению с тем, что ей светило?

Тая отходит от меня медленно, смотрит огромными испуганными глазами. Дурища, наверное, боится меня. В таком состоянии я плохо себя контролирую, но злит меня не Лисицына, а то, что снова повторяется этот пиздец. Тогда на моей стороне остались только Кира, и, как это ни странно, мачеха. По-моему, даже отец был склонен поверить этой брехливой курве.

Я отчетливо помню, как все знакомые от меня шарахались. Тогда очень быстро стало понятно, кто есть кто в моем окружении. Тяжелее всего оказалось сестре. И Диана решила все повторить, снова окунуть меня в дерьмо?

Только вот зря она подошла к Лисицыной. Очень зря. Я же предупреждал, что не стоит совать нос в мою личную жизнь. Значит, огребет по полной.

– Вик, – ведьма предупреждающе выставляет руки, но так мне лишь удобнее ее схватить.

Тая дергается, дубасит меня по плечам, требует отпустить, но я лишь крепче прижимаю к себе идиотку. Это странно, но ведьма действует на меня успокаивающе. Я стискиваю ее все крепче, чтобы ощущать в руках, и Лисицына наконец замирает.

Удивительно, но она расслабляется.

Она очень четко произносит мне в ухо:

– Ты сейчас мне все расскажешь. И убери руку с моей задницы.

Глава 91. Тая

Глава 91. Тая