Светлый фон
Теперь, когда мама легла спать, мое сердце трепещет от предвкушения. Мне следует быть терпеливым, убедиться, что она крепко спит. Но этот ритуал вызывает у меня такое возбуждение, какого я не испытывал никогда раньше.

Я запрыгиваю в душ, это самый продуктивный способ скоротать время. Только я вытираюсь и оборачиваюсь полотенцем, как слышу звонок домашнего телефона.

Я запрыгиваю в душ, это самый продуктивный способ скоротать время. Только я вытираюсь и оборачиваюсь полотенцем, как слышу звонок домашнего телефона.

— Черт! — шиплю я.

— Черт! — шиплю я.

Маловероятно, что она проснется. Но если я не возьму трубку, поздний телефонный звонок доведет маму до приступа паранойи. И кто, черт возьми, трезвонит в такое время? В этот дом никто не звонит, особенно после восьми.

Маловероятно, что она проснется. Но если я не возьму трубку, поздний телефонный звонок доведет маму до приступа паранойи. И кто, черт возьми, трезвонит в такое время? В этот дом никто не звонит, особенно после восьми.

Я мчусь к телефону. Ненавижу этот чертов телефон. Он низводит меня до моей самой позорной слабости.

Я мчусь к телефону. Ненавижу этот чертов телефон. Он низводит меня до моей самой позорной слабости.

— Алло? — произношу я.

— Алло? — произношу я.

— Сэм, это я, — отвечает Скут.

— Сэм, это я, — отвечает Скут.

— О, ч-что-то случилось? — спрашиваю я.

— О, ч-что-то случилось? — спрашиваю я.

— Нет, в смысле, ничего серьезного. У тебя есть какие-нибудь планы на вечер?

— Нет, в смысле, ничего серьезного. У тебя есть какие-нибудь планы на вечер?

Он ждет, что я скажу «нет». Он знает, как обстоят дела. Так и есть, если иметь в виду планы, о которых я могу открыто распространяться.