Как всегда, после тренировки Мила от всей души поблагодарила тренера и выслушала замечания. Несмотря на несколько несерьезный подход со стороны ученицы, Наталья делала всё возможное, чтобы вбить основы поведения в седле. А теперь с еженедельными занятиями даже начала в этом преуспевать. Ближе к девяти появлялись следующие ученики, а первые ранние пташки возвращались домой, голодные и полные впечатлений. Эля всю дорогу в машине рассказывала об уроке и поняшке, которая разве что цирковые фокусы не показывала, повинуясь силе мысли. Дядя слушал, ахал и поражался. Довольный пес сидел рядом с Пирожочком и служил опорой и подспорьем в демонстрации аргументов. Наконец, эмоции чуть притихли, и Эля принялась возиться с игрушкой, устраивая забег по шерсти Аса.

— Лошади производят на нее сильное впечатление.

— Поэтому мы сюда и стали ездить, после первой прогулки в парке — там, где их на пони кружок по скверу водят, ей зашло, понравилось и всё прочее. Не уверена насчет навыков верховой езды, но равновесие развивается точно, как и мелкая моторика. А еще оно ей чем-то нравится. Сам заметил, пятнадцать минут максимум, если это не телевизор, и всё — дальше смена деятельности, а тут спокойно катается почти час.

— Да, заметил.

— Хотя, по словам Натальи, это редкость, занятие с настолько мелкими — это двадцать минут максимум. Как вам прогулка?

— Не издевайся, — фыркнул Сергей. — Я упал, Ас полез меня спасать и заделался сам. В итоге оба грязные донельзя.

— Целы?

— Пострадавшее самолюбие считается?

— Нет.

— Тогда целы.

— Отлично.

— Сегодня театр?

— Нет, вы сегодня идите в цирк, — злорадно сказала Мила.

— Я⁈

— Ты еще ни разу не ходил с ней в цирк! А завтра развивающее занятие, и всё.

— Не кажется слишком плотным график?

— Час в день на игры на английском? Ты серьезно? Нет. Это повод выйти из дома и развеяться. Знаешь, как заметила педиатр, девочка стала очень развитая и речь хорошая.

— Она вынуждена разговаривать со взрослыми.

— Именно. Если хочет, чтобы ее понимали, нужно разговаривать — это раз. Во-вторых, я не заставляю ее быть в детском саду целый день. Ты помнишь, если оставлять ее там до трех, она устает, нервничает и вечером психует. А так развеялась, пообщалась, поиграла и вернулась домой. Ты же видел ее сверстников в садике? Разницу замечаешь?

— Да, это бросилось в глаза.

— Одно дополнительное занятие в день, причём рассчитанное на детей ее возраста, — это толчок в развитии, а не нагрузка. С другой стороны, признаю, я могу перебарщивать, поэтому хорошо, что ты приехал, будешь притормаживать мои порывы к совершенству.

— Высокая оценка моим способностям, — развесился он.

— Ценим, — важно кивнула Мила.

А дома всё побежало по суетному графику. Завтрак блинчиками и не только, новая привычка Эли — есть то же, что выбрал себе Сергей. А главное, убедившись в невскусности подобного, она возвращалась к привычному набору блюд, но каждый раз проверяла не то себя, не то нервы Милы.

Уборка с привлечением Эли, игры, сборы в цирк — и тишина! Точнее, возможность переключиться на контроль ремонта и посмотреть, что там дальше делается.

Иногда жизнь становится слишком специфичной и оригинальной, но, к счастью, всё проходит, и такие моменты тоже.

* * *

В апреле вместе с зеленью, лезущей со всех сторон, ярким весенним солнцем и ощутимым теплом в жизнь пришла гармония — завершился ремонт и обустройство конторы. Двадцать первого числа всё подошло к финалу ремонтной части, и нотариальная контора официально открылась.

Последняя неделя потребовала от Сергея участия везде и во всём, а главное — позволила взглянуть на него с другой стороны. Не просто на как бы работающего человека, а как на полноценного умного мужчину с неплохими организаторскими способностями.

Павел Степанович официально закрыл свою неделю назад, и теперь возникла новая. Старый знакомый периодически заходил посмотреть на суету со стороны и как-то признался:

— Появление Сергея мне многое дало.

— В смысле?

— Его ритм жизни последние месяцы мне отлично подойдет. Буду приезжать на пару часов, смотреть, советовать и уезжать.

— Не представляю, как он будет постоянно ходить на работу? — так же откровенно произнесла она. — Я привыкла, что он всегда свободен.

— Заметила, что ему тяжело далась эта свобода в последнее время?

— Да. Было такое слегка, зато он стал активнее участвовать в ремонте.

— Ничего, теперь всё пойдет, как должно быть.

— Посмотрим.

Первый день работы конторы чуть изменил утренние дела и планы. Сергей отправлялся на тренировку раньше примерно с восьми, чтобы к половине десятого, переодевшись, приступить к работе. Он вообще подошел к делу с размахом.

У Павла Степановича была только одна помощница, зато Сергей нанял трех и двух секретарей. И график работы за счет этого перешел с восьми до семи вечера, плюс полдня в субботу. При этом жести от сотрудников не требовалось, у всех них был сорокачасовая неделя, просто кто-то начинал в восемь, а одна из помощниц, как раз Ольга, живущая в этом доме, предпочла работать с десяти. Смещенный на разное время обед, две сотрудницы как бы без него и с графиком на час короче будут приходить в субботу. Дикость, по мнению Милы, и отличный вариант для всех остальных. К тому же Сергей сразу дал зарплату немного выше средней по этому рынку, прописал индексацию и сообщил контакты своих предыдущих работников.

Неделя, потребовавшаяся на переезд и организацию работы офиса, показала его с совершенно иной стороны. И требовательный руководитель, и адекватный человек.

Мила, мелькающая тут и там, смогла взглянуть на Сергея под иным углом. К тому же из-за работы изменилось что-то в межличностном общении. Загостившийся жилец принялся полноценно обживать зал. И если до этого его присутствие ощущалось, но в меньшей степени, то теперь он разошелся вовсю. Сложно сказать, почему именно работа оказалась настолько решающим для чужой самооценки фактором, но факт остается фактом.

Мало того, что Мила была вынуждена сживаться с совершенно посторонним мужчиной на своей территории, из-за чего пришлось поменять очень много мелких привычек. Так после определения с работой тот, словно ощутив себя увереннее, умудрился подвинуть еще больше.

Мила размышляла над всякими глупостями во время утреней прогулки со зверем. И хотя в целом Ас ее не напрягал, но конкретно сегодня она предпочла бы обойтись без моциона. Пронизывающий ветер и дождь в лицо существенно сказывались на настроении. И, вообще, прогулки, конечно, не вредны, но делать их ежедневной обязанностью — слишком!

К счастью, пес думал точно так же, поэтому домой устремились почти бегом, чтобы попасть на прелестный утренний скандал. Кризис трех лет у Эли оказался неприятным и довольно тяжёлым для окружающих. А еще позволил иначе взглянуть на Сергея, жестко и категорично объясняющего Пирожочку про ее желания и требования. Даже Милу проняло, не говоря уже о мелочи.

Завтрак в давящем молчании, и все наконец-то стали расходиться. Кто-то тренироваться, а кто-то отбывать социальную повинность в сад. Мила, вернувшаяся после садика, заглянула в нотариальную контору пожелать девочкам удачи и, растерянно поздоровавшись, вышла. В холле уже ожидали три человека, а четвертый сидел перед помощницей. Причём время было десять минут восьмого в первый рабочий день нотариуса.

Востребованность удивила, и Мила покинув офис, чтобы полюбовалась на красивый козырек, органично сливающийся с балконом первого этажа.

Кстати, про первый этаж! Что там у электрика?

Последняя головная боль — ремонт у Сергея и его переезд в собственную жилплощадь, всё еще напоминала о себе.

Часом позже мужчина вернулся после тренировки и, мельком бросив «Я в душ», пропал там. Мила честно наслаждалась бездельем, отложив все домашние дела и хлопоты на потом. И уберутся с мелкой, и по магазинам сходят на обратном пути с гимнастики. А пока у нее есть несколько часов только для себя, этим грех не воспользоваться.

Сосредоточенный собирающийся Сергей продефилировал перед Милой в одних трусах, чем шокировал, а не просто поразил, чтобы вскоре вернуться частично одетым в брюки и белую рубашку. Еще два перемещения по квартире, и перед ней предстал эффектный солидный мужчина в костюме с легким ненавязчивым шлейфом дорогого парфюма и с небольшой сумкой с телефоном и документами.

— Ну как? — спросил он, останавливаясь перед большим старинным ростовым зеркалом.

Оно частично потеряло в отражающей способности, но всё равно позволяло оценить свой вид с головы до пят.

— Отлично! — честно воскликнула она. — Просто нет слов, насколько хорош.

— Спасибо, — улыбнулся он легко, сбрасывая часть чужеродности облика.

— Удачи!

— Благодарю, — уже с заметной иронией отозвался он. — Сильно не радуйся свалившемуся счастью.

— Постараюсь, — захихикала она, — но ничего не могу обещать.

Сергей спустился вниз, а Мила, выйдя на балкон и проводив его взглядом, задумалась. Всё же чужой человек рядом оказался для нее слишком тяжёлым испытанием.

И как люди, вообще, уживаются вместе?

Мало того, что у него оказались странные для нее привычки и особенности. Хотя даже самого факта деления своей территории с кем-то уже достаточно. Так к этому добавились чужие странности, и пришлось менять свои пристрастия! Причём в мелочах, что сложнее всего! Убирать белье из ванной — это еще ерунда, хотя Мила привыкла, что на полотенцесушителе у нее основное место хранения. Зато он умудрялся вешать туда сушиться носки и трусы! Дикий человек каждый вечер запускал машинку два раза на отдельное полоскание каждого из этих элементов. Логику Мила понимала, но сам факт ее поражал.