Что ж, устрою тебе красивую жизнь!

Я опустил голову, пытаясь уложить в голове весь этот кошмар. Вот, значит, как. Любовница отца. Их совместные вояжи в райские места. Сколько лет он водил всех за нос, прикрываясь своими принципами и моралью? Изменял матери направо и налево, а потом ещё и пристроил эту гадину ко мне на работу!

Горькая обида и разочарование жгли хуже кислоты. Столько лет я верил отцу, прислушивался к его советам. Будто он был образцом мудрости и порядочности. А он, выходит, тот еще лицемер.

Своей двойной жизнью едва не разрушил моё счастье! Если бы не Полина, если бы она вовремя не появилась со своей искренностью, добротой и любовью… Страшно подумать, чем бы все закончилось.

Я до хруста стиснул кулаки. Нет уж, Рада. Ты за все ответишь. И мне плевать, сколько денег и связей придется задействовать. Ты у меня будешь гнить за решеткой до конца своих дней! И никакие взятки или шантаж тебе не помогут.

Резко поднявшись, я в последний раз смерил Раду уничижительным взглядом.

– С меня хватит. Дальше общайся со следователями. Они из тебя всю правду вытянут! А я позабочусь, чтобы тебе выписали билет в один конец – прямиком на нары.

Не слушая её вопли и ругательства, вышел из комнаты для допросов. После спёртого воздуха и напряжения хотелось глотнуть свежести. Присев на ступеньки у входа в участок, я попросил у охранника сигарету. Голова шла кругом от услышанного.

Отец, отец… Как же ты мог? Подсунуть мне эту аферистку, одобрить наш «роман». Ты же видел, что она за фрукт! И молчал. Неужели тебе было плевать на мое счастье, на благополучие моей семьи? Или ты до последнего надеялся, что я брошу Полину и женюсь на твоей любовнице? Черт, как же тошно…

Я с силой потер лицо руками. Сколько ошибок наделал, пока слепо верил отцу. Теперь расхлебывай последствия.

Что ж, первым делом нужно рассказать всё Полине. Показать ей запись признания Рады, объяснить, как всё было на самом деле.

А потом разобраться с этой сучкой. Депортировать в Россию, чтобы предстала перед нашим судом.

И я сделаю всё, чтобы ей дали максимальный срок…

* * *

Когда я вышел из полицейского участка, казалось, будто огромная скала свалилась с плеч.

Наконец прояснилось всё то, что долгие годы оставалось для меня загадкой. А именно – странное и, порой, необъяснимое поведение отца.

Отец всегда был жёстким и авторитарным не только руководителем, но и как человек. В детстве и до последнего дня его жизни я не получил от него ни каплю тепла и любви.

Искренней. Идущей из самого центра души.

Теперь я понимал, чем он руководствовался. Он не любил никого, кроме себя самого, своих денег и продажных женщин. Поступил ужасно и со мной, и с матерью.

И пусть завещал мне все состояние, но лишь затем, чтобы род Гурских продолжался. А на чувства близких ему было плевать. Рада же, очевидно, претендовала на эти деньги.

Закурив, я задумался – а ведь она вполне могла планировать и от меня избавиться. Кто знает, какие безумные идеи роились в этой больной голове.

Хитрая, лживая и насквозь корыстная змея! Как ловко она притворялась, разыгрывая роль влюбленной заботливой нимфетки.

А на самом деле уже давно строила свои коварные планы. Ведь это она подстроила мою мнимую измену на злополучной вечеринке.

Получается, все это время Рада мною манипулировала. Изображала жертву, давила на жалость. И никакой больной матери у неё не было, как и проблем с деньгами.

Она охотилась за моим состоянием. Из-за нее мы все чуть не погибли! Сумасшедшая, одержимая дрянь. Уверен, она и меня планировала устранить. Отравить исподтишка, подсыпав что-то в еду или напиток.

А с виду казалась милой, искренней, сопереживающей и заботливой.

Но, стоило только появиться на горизонте Полине, ядовитая кобра мигом скинула маскировочную шкурку.

Такие, как она, не остановятся ни перед чем. Слава богу, я вовремя прозрел. И случилось это в тот момент, когда на пороге моей компании появилась Полина – промокшая насквозь, с коляской и лицом, залитым слезами и дождём.

Значит, мне суждено было пройти через эти испытания. Понять, осознать, чего я на самом деле хочу. Усвоить суровый урок, преподанный жизнью.

Клянусь, больше я не повторю прежних ошибок. Отныне для меня существует только семья. Буду добиваться для Рады самого жесткого приговора. Пусть сгниет за решеткой до конца своих дней!

С этими мыслями я затушил окурок и решительно направился к машине. Сейчас мне нестерпимо хотелось увидеть Полину. Обнять ее, прижать к себе, вдохнуть родной аромат ее волос. Больше никогда и никуда ее не отпущу.

Всю дорогу до клиники меня одолевали мысли и воспоминания. Как много времени я потратил впустую, гоняясь за призрачным счастьем, не замечая того, что имел.

А ведь Полина всегда была рядом. Терпела, ждала, прощала ошибки и закидоны. И лишь чудом не отвернулась от меня после всего случившегося.

Как же я перед ней виноват! Столько боли ей причинил, столько слез. Да я век буду замаливать этот грех. И детям. Нашим чудесным малышам, которые стали для меня главным якорем, удерживающим на плаву в самые темные времена.

Надо все изменить. Начать жизнь с чистого листа. Ценить то, что имею, и беречь свою семью как зеницу ока. А Полина – она действительно драгоценный человек. Она одна такая, единственная… Только с ней я ощущаю, что живу, а не плыву по течению.

Именно с этими мыслями я вошел в палату, где меня ждала Поля с детьми. Хотел поделиться с ней новостями после допроса! Хочу увидеть её реакцию, когда она узнает, что-то самое, из-за чего мы с ней расстались, было спланировано и разыграно перед нами.

У дверей, как всегда, дежурила охрана, во главе Глеба.

Меня тоже сопровождал один из телохранителей. Только сейчас, в окружении надежных людей, я почувствовал, что могу немного перевести дух.

На ожоги после кислоты уже не обращал внимание… Даже боли не чувствовал. Слишком сильно была забита моя голова. В ней – только безопасность моих самых близких и родных. Да хоть ногу бы мне отрубили, вместо кислоты, я бы также сорвался и приполз, если бы не смог ходить. Главное – они.

Стоило мне войти, как Полина бросилась мне на шею. Она покрывала мое лицо поцелуями, всхлипывая и дрожа всем телом.

– Руслан!!! Ты в порядке? Как всё прошло? Я места себе не нахожу! Скажи, что всё разрешилось! Раду накажут?

Сердце сжалось от нежности и раскаяния. Опять тот ужас в кафе перед глазами пролетел… Я ведь чуть не потерял ее! Чуть не разрушил то единственное, что имело для меня значение.

– Тише, милая, тише. Все хорошо, – гладил ее по спине, стараясь успокоить. Вдыхал изумительный запах её кожи, аромат её мягких волос, ненасытно впитывал тепло изящного тела. – Я во всём разобрался. Ты не представляешь, какая правда открылась…

– Расскажи мне, – прошептала Полина, заглядывая мне в глаза. – Только сначала я заварю нам чай. Успокаивающий…

Я кивнул, не в силах отвести взгляд от любимого лица. Даже зареванная, с покрасневшим носом, она была невероятно красива. Моё личное сокровище, моё солнце, которое спасло меня… вытащило из тьмы, где бы меня утопили, если бы не она.

Полина и наши дети – моё спасение.

Пока Поля хлопотала, я прошел в спальню, где в кроватках мирно посапывали Нюта и Тоша. Сладко спали, тесно прижавшись друг к другу. Невероятное зрелище, мгновенно согревающее истерзанную душу! Я мысленно вознес хвалу небесам за то, что с ними все в порядке. Целы, невредимы, мои маленькие ангелы. Чудом избежали страшной участи.

Затаив дыхание, я склонился над детскими кроватками. Осторожно, едва касаясь, поцеловал теплые щечки сына и дочки. И прошептал клятву, что всегда буду их защищать. Буду стоять за них горой, чего бы мне это ни стоило. Поправив одеяльца и прикрыв дверь, я направился в соседнюю комнату.

Полина уже ждала меня там. На журнальном столике дымились две кружки ароматного чая и стояла вазочка с печеньем. Только сейчас я понял, как смертельно устал и проголодался.

Со вздохом облегчения я опустился на диван и притянул к себе Полину. Усадил на колени и уткнулся носом ей в шею, жадно дыша ею…

– Ты пахнешь конфетами, – пробормотал я, касаясь губами бархатной кожи. – Моими любимыми, как в детстве… Поля, мой самый большой страх – потерять тебя… Вас. Через многое пришлось пройти, чтобы понять, но теперь я знаю точно: нет никого дороже семьи. Ведь я чуть было не совершил роковую ошибку! И всё благодаря тебе.

Коснувшись пальцем ее подбородка, я приподнял голову Полины и накрыл губы долгим поцелуем.

Целовал сперва нежно, трепетно, потом жадно и отчаянно. Будто в последний раз. Внутри бушевал целый пожар эмоций. Я не мог насытиться своей женщиной, своим личным чудом. Только сильнее прижимал к себе, словно боясь, что все это лишь сон и она вот-вот растает, исчезнет.

Полина отвечала с не меньшим жаром. Её стройное тело трепетало в моих руках, нежные пальцы зарывались в волосы, губы покрывали моё лицо поцелуями-бабочками.

Сладкая, любимая, желанная!

Моя…

– Я не отдам тебя никому, слышишь? – прошептал я в её припухшие от поцелуев губы. Голос звучал хрипло и тяжело от переизбытка чувств. – Пожалуйста, стань снова моей женой! Позволь любить тебя так, как ты заслуживаешь…

Эпилог

Эпилог

Спустя время

Море лениво облизывает белоснежный песок, а пышные пальмы мягко покачиваются на теплом карибском ветру…