Расчёска отыскивается в самом нижнем. У задней стенки, словно ее не заметили, когда выгребали все отсюда.

- Я возьму, ладно?

Там же, закатившись к дальней стенке - пробник духов.

Большой флакон, что стоит прямо на столике мне не очень понравился. Слишком... гламурно. Словно ты в Мулен Руж! В Боа и чулках.

А этот?

Открыв, с любопытством слушаю аромат.

- Ммм...

Этот парфюм очень вкусный. Он пахнет медом и сексом. Такого дорого у меня никогда не было. Мне казалось, слишком хороший парфюм мне не подойдёт. Как корове лабутены.

И Белле старой он бы совсем не подошёл. А вот Белле новой...

Рассматриваю себя в ее зеркало.

А вот Белле новой можно попробовать.

- Я возьму себе, ладно? - наношу немного на шею и запястья.

Название стерлось...

Возвращаюсь к расчёске. На ней пара рыжих волосков.

Хм...

Смотрю на них, замедляясь, словно они могут быть важны. Они могут?

Могут, только если есть луковица, - вспоминаю я.

В лаборатории именно такие волоски мы отправляли на днк-тесты. Не знаю, пригодится ли это для уточнения судьбы моей новой и единственной подружки.

Ну а вдруг?

Аккуратно собираю материал, оборачивая ватным диском.

Перед большим зеркалом привожу себя в порядок. И мне кажется, если сейчас появится призрак Натальи, я совсем не испугаюсь. Мы сядем по-свойски на подоконник. И поговорим обо всем этом пиздеце...

Но Наталья не спешит появляться ко мне.

Спускаюсь на цыпочках вниз, прислушиваясь к обстановке. Марк сказал перед чужими не отсвечивать. Бригада скорой должна была уже уехать.

Фонаря в гостиной нет. Тусклый свет со стороны кухни.

Так! Без меня не начинать! - поспешно добегаю до кухни.

- ...После этого полотенца, Оскар уверовал, что с крышей у него не хорошо, - посмеиваясь рассказывает Марк Гордеевой и ее стажеру Даниле.

Свита пожаловала...

Сегодня вдвоём. Вдвоём отмечали? Может, у них... роман?

- В общем, совместно мы ему инспирировали ложную реальность. Не знаю, как точно прошла очная ставка с "привидением", но судя по всему, на шляпу Изабелле прыгнула мышь. А у нее мусофобия. Она издала такой душераздирающий вопль, что он отключился.

Они тихо ржут.

- Я честно говоря, сам чуть инфаркт не поймал.

- Он отключился, потому что когда я завизжала, луч его фонарика ударил мне в лицо, - из дверей поясняю я. - Прямо в глаз. На мне была вуаль. И четко лица не разглядеть. Зато волосы - вполне. Ему, наверное, показалось, что я - это всё же Наталья.

- Все в укрытие, это Изабелла, - шутит Марк.

Расставляю им по-хозяйски тарелки. Все равно вдвоём нам утку не съесть. А их явно сорвали из-за стола.

Бокалы, приборы, салфетки...

- Не скучно Вам, короче, Марк Сергеевич. Мм... А запах!.. Что это?

- Утка в пиве, с каштанами, - гордо отвечаю я.

Марк разливает вино.

- Куда, Красавин? - отбирает у стажёра бокал вина Василиса Васильевна. - Ты за рулём, старшие по званию - пьянствуют.

Он недовольно цокает, закатывая глаза.

Присаживаясь поближе к Марку, фантазирую, что я его жена и мы вместе угощаем его коллег.

- Кстати... - достаю ватные диски. - Я нашла расчёску Натальи. На ней было несколько волосков, подходящих для теста ДНК, с луковицами. Я их аккуратно собрала. Можно через ваши базы сравнить же с ДНК неопознанных трупов. А вдруг, это выведет на... ну...

Тут мое красноречие внезапно заканчивается. И я просто мычу невнятное.

Делаю загадочный многозначительно вид, чтобы сохранить иллюзию интеллектуальности.

Двигаю ватные диски по столу к Гордеевой.

- Была бы я мужиком, женилась бы на Вашей Изабелле, Марк Сергеевич.

Забирает.

- Мы на пять минут.

Поднимает он меня за локоть.

От чувства паники перестаю дышать, послушно вставая.

Я сделала что-то не так?!

- Красавин, разделай пока утку.

Тащит меня в мою маленькую комнатку под лестницей.

- Что я сделала?! - шепчу настороженно.

- Ч-ч-ч...

Закрыв за нами дверь, рывком разворачивает меня к ней.

Упираюсь руками.

Его ладони скользят под мою юбку к поясу.

- Что ты там ищешь?! Я ничего не брала.

- Что ищу, я найду... - хрипло.

Сдергивает мои трусики под бедра. Укус в шею.

- Ау... - выгибаюсь я от его прикосновений. - Что ты делаешь? - лепечу, вставая на цыпочки от его уверенных прикосновений "там".

Усмешка...

Горячий язык скользит по моей коже.

- "Потому что нельзя быть красивой такой"... - дразнит меня, прогибая.

- Там же люди.

- Забудь...

Судорожно дергаюсь от обжигающей волны возбуждения. Плавлюсь от мурашек, бегущих по шее.

Уже забыла...

Чувствую, как его ладонь зажимает мой рот. Звук расстегивающейся ширинки...

Чудовище не нежен!

Никогда меня не трахали, загибая у стенки. Это оскорбительно в конце концов! Что я - шлюшка какая-то?!

Но видимо, да!

Потому что вау... потому что нравится!

Мои стоны гаснут в его ладони. Жадно вслушиваюсь в его возбужденное дыхание. От сладкого горячего удушья перехватывает горло - не вдохнуть.

А что-то есть в этом "удушье"...

Мои бедра дрожат от предвкушения полуобморочного кайфа, который вот-вот-вот...

- Да... да! - мычу в ладонь, прогибаясь сильнее навстречу влажным звукам наших тел и его огромному члену, который долбит в меня.

Сердце, сбившись с ритма, гулко грохает в груди. Меня обваривает оргазмом. Превращаясь в лужу, позволяю ему сделать еще несколько финальных рывков. И... стекаю к его ногам.

Мне тут, вообще-то, нравится.

Его тяжёлое дыхание замедляется. Ладонь упирается в дверь.

Пальцы скользят, лаская меня по волосам.

- Теперь я хочу утку... - хрипло.

- Боюсь, все внутри утки занято каштанами, - мурлыкаю я. - Он не влезет. Но если ты хочешь, я их вытащу.

Возбуждено смеется.

- Замуж за Гордееву не выходи. Она абьюзер.

- Черт... а мне уже понравилась. Люблю все вредное.

Тебя вот…

Глава 32 - С Новым годом

Глава 32 - С Новым годом

Гостей Чудовище проводил. Мы с ним вдвоём, в гостиной на диване.

С еще одной бутылочкой вина.

Мне кажется, я в дрова...

Наверное, только поэтому, мне хватает наглости сидеть верхом на Чудовище и разглядывать его лицо. Глазами и пальцами. Обвожу черты лица, словно собралась по памяти потом рисовать их. Может и собралась...

Его пальцы, в унисон с моими, едва касаясь, рисуют по моей спине.

Я плыву от его взгляда и вина. И влюбляюсь еще сильнее.

Он молчит...

Иногда делает глоток...

Иногда давит пальцами на мою шею, притягивая к себе и мягко касается моих губ своими, не углубляя поцелуй.

И я не углубляю. Мне сейчас достаётся самый редкий товар от мужчины - нежности. Я собираю каждую каплю.