– А вот и нет, – возразила Джессика. – Все грубости из текста все равно вычеркивают и одевают большинство персонажей-мужчин в какие-нибудь балахоны. Если уж речь о приличиях, не думаю, что Шекспир вызвал бы возражения хоть у кого-нибудь, в том числе и у мамы.

– Как Джуди?

Джессика вздохнула.

– У нее сейчас трудный период. Спорит с Реймондом, которому это совсем не нравится, и кажется слишком крупной для нашего дома. То и дело что-нибудь сшибает, кричит, когда ее и так прекрасно слышно. По-моему, шестнадцать – чуть ли не худший возраст из всех.

– А что у Анджелы?

– Хорошие вести: она ждет ребенка.

– Дорогая, как я за тебя рада!

– Если бы только она не жила на расстоянии тысяч миль отсюда! Конечно, я хочу съездить к ней, когда она родит, но Реймонд не желает отпускать меня одну, а сам он терпеть не может поездки. Признаться, порой я почти завидую твоей свободе самой принимать решения. – Взглянув на лицо сестры, она поспешила пойти на попятный: – Разумеется, я понимаю, как это ужасно, дорогая, прекрасно понимаю. Но Реймонд мне и шагу не дает ступить, и, честно говоря, у меня от таких забот клаустрофобия. Он не любит ни званые вечера, ни концерты, ни прочие развлечения. Ему бы только торчать в каретнике, который он перестраивает, сокрушаться, что Нора безнадежно испортила дом, и помыкать мастерами.

Наступила пауза, во время которой Вилли смотрела на Джессику и думала о том, как удивительно она бездушна. Вот что ей теперь приходилось терпеть, помимо всего прочего, – мимоходом выраженное сочувствие того рода, какого обычно удостаиваешься, когда не можешь найти потерянную вещь, и нескончаемые жалобы на мелкие неурядицы собственной жизни.

– А как Луиза? Не пора ли уже?..

– Она ко мне носа не кажет. Помнится, я говорила тебе, что она была в сговоре со своим отцом все время, пока за моей спиной творил это непотребство: он рассказал ей обо всем раньше, чем мне, а когда я виделась с ней, она призналась, что познакомилась с той женщиной, да еще за ужином, так что мне сразу стало ясно, на чьей она стороне.

– А с ним ты виделась?

Она уловила сочувствие.

– Довольно давно, еще до Рождества. Он позвал меня на обед, потому что хотел развестись со мной.

– А ты готова?

– Не знаю. С какой стати? Я не хочу развода.

Джессика не ответила, и она спросила сама:

– Думаешь, придется?

– Ну, судя по всему, положение у тебя не особо прочное. То есть если он хочет развода, а ты нет. В обмен на согласие ты могла бы добиться от него более щедрого обеспечения.