В полдень 23 мая в Оберзальцберге по личному приглашению Гитлера собрались столпы авиационной мысли рейха: Арадо, Дорнье, Мессершмитт, Танк, Хейнкель.

Приглашенных по одному вызывали на аудиенцию к фюреру. Первым он принял Хейнкеля:

- Об этом совещании никто в «люфтваффе» не знает. Я пригласил вас неожиданно. Я хочу лично составить себе картину в авиации. До этого дня я не вмешивался в ее дела, считая нашу авиацию самой сильной в мире. Но ужасное разочарование, которое я испытываю в течение двух последних лет, заставляют меня стать на путь выяснения сути дела. Я требую честных ответов на вопросы, которые я задам, и такой же безупречной правдивости в раскрытии истины.

- Мой фюрер, мы уже сделали вызов русским. Фронтовой истребитель Танка «Фокке-Вульф-190» и мой штурмовик «Хейнкель-129» позволят «люфтваффе» выиграть воздушное сражение на Восточном фронте, - убежденно заявил маститый авиаконструктор.

- На чем основывается эта уверенность, Хейнкель?

- На лучших летных качествах наших самолетов, мой фюрер. «Фокке-Вульф-190» имеет скорость более шестисот километров и вооружен четырьмя пушками. Ни один истребитель русских не имеет такой мощи.

Гитлер помедлил, как бы пропуская через себя полученную информацию, негромко осведомился:

- А что же ваш самолет, Хейнкель? В чем он превосходит штурмовики большевиков?

Авиаконструктор сдержанно доложил:

- Мой самолет имеет четыре пушки против двух пушек на «Ил-2», мой фюрер. Значительно больший боекомплект. Наличие двух моторов существенно повышает живучесть машины. Я уверен, что наш штурмовик явится подлинной грозой для советских танков.

- По-вашему, Хейнкель, нам необходимо резко увеличить выпуск новейших истребителей и штурмовиков?

- Да, необходимо, мой фюрер. В связи с большими потерями нашей авиации на Кубани такие действия следует предпринять как можно быстрее.

- Спасибо, Хейнкель. - Гитлер встал, протянул авиаконструктору руку. - Я был уверен перед встречей, что наши лучшие в мире авиаконструкторы помогут мне вернуть былую мощь и славу немецкой авиации.

Вслед за Хейнкелем рейхсканцлер Германии беседовал с Мессершмиттом, Танком, Дорнье и Арадо.

Мессершмитт настойчиво доказывал Гитлеру, что последние модификации его истребителей «Ме-109Ф», «Ме-109Г» и «Ме-109Г2» обеспечили заметные преимущества перед истребителями Лавочкина и Яковлева.

Но Гитлер проявил осведомленность, возразил:

- Но у большевиков появился истребитель с мощным мотором, Мессершмитт?

Знаменитый авиаконструктор парировал этот довод:

- Мы, мой фюрер, тоже форсируем свой мотор.