- Понятно, товарищ Жуков. Эти вопросы мы обсудим позже, а сейчас пусть товарищ Антонов доложит о ходе наступления наших войск на других направлениях.

Антонов быстро разложил на столе карты Западного и Юго-Западного направлений, доложил:

- Войскам Калининского и Западного фронтов противостоит сильная группировка Клюге в составе сорока четырех дивизий. В их числе одна танковая и одна моторизованная дивизии. Верховное Командование вермахта принимает меры, чтобы остановить прорыв наших войск. В ближайшие дни Смоленская наступательная операция получит продолжение.

- А как обстоят дела на Юго-Западном фронте?

- Начав наступление в центре фронта из рай она Изюма, войска Ма ли но вского не с мо гли прорвать оборону 1-й танковой армии на всю глубину. Успешнее такой прорыв осуществила 3-я гвардейская армия Лелюшенко.

Сталин как бы продолжил доклад Антонова:

- Вот и подготовьте проект директивы Ставки, товарищ Антонов, о том, чтобы Юго-Западный и Южный фронты быстрее вышли к Днепру и реке Молочной. Мы не можем позволить немцу превратить Донбасс и Левобережную Украину в пустынный, безжизненный район.

Быстро завершилась недельная передышка войск Центрального фронта Рокоссовского. С рассветом 26 августа они перешли в наступление, нанося главный удар на Новгород-Северском направлении.

Тут же последовала директива Ставки: «Командующему Центральным фронтом немедленно перебросить в полосу наступления 60-й армии основные силы 13-й и 2-й танковой армий генералов Пухова и Родина». Командующий Центральным фронтом тут же поставил им оперативную задачу - обеспечить прорыв на Конотоп.

После частичной перегруппировки сил 28 августа войска Западного фронта возобновили наступление на Дорогобужско-Ельнинском направлении. Спустя два дня, 30 августа, в прорыв вошел 2-й гвардейский танковый корпус Бурдейного. Действуя на острие ударной группировки фронта, его танковые бригады продвинулись за день на двадцать километров и вместе с 10-й гвардейской армией Трубникова ворвались в Ельню.

Недельная передышка пролетела быстро, но нехватка транспорта и испортившиеся дороги не позволили командованию Калининского фронта завершить перегруппировку войск. Роль «ходатая» об отсрочке наступления выпала на долю представителя Ставки.

Маршал Воронов позвонил в Москву:

- Товарищ Сталин, войска Калининского фронта не готовы продолжать наступление. Артиллерия по «88» и «122» калибрам не обеспечена боеприпасами. Остаток моторесурса у танков не превышает тридцати процентов. Истребительная авиация располагает горючим на одни сутки. Принимаются меры, чтобы в течение ближайшей недели поправить положение со снабжением.