Господина Скворцова, управляющего, Мамедов отыскал на квартире. Василий Павлович паковал вещи для отъезда.

— Компании «Бранобель» больше нет, — сказал он. — Сам Нобель бежал из Ставрополя от красных. Хагелин в Стокгольме, Тулин умер от оспы, Белямин в Киеве. Бакинские промыслы захвачены мусаватистами, турки отказались проводить денационализацию, и Лесснер бессилен; он занимается спасением армян от резни, прячет их на «Вилле Петролеа». А в Петрограде брошены в тюрьму Йоста и Эмиль. Сделка с большевиками провалилась.

Йоста и Эмиль Нобели, члены совета директоров, были младшими братьями Эммануила Людвиговича. Мамедов понял, почему в Сарапуле его арестовали: большевики задумали обезглавить компанию.

— Сможете прыстроить мэня на поэзд? — тотчас спросил Мамедов. — Мнэ надо в Пэтроград. Я должен вытащит Эмыля и Йосту.

Хамзат Хадиевич принял это решение мгновенно. Он не сомневался, что Алёше в Уфе ничего не грозит, Горецкий его сбережёт, а младших Нобелей надо было выручать немедленно — их могли и расстрелять.

— Начальник Московского вокзала мой друг, — ответил Скворцов. — Смогу.

…До вокзала они шли грязной просёлочной дорогой по выпасам и через село Гордеевское. На станции свистели паровозы, лязгали буфера эшелонов, скрипели буксы; всюду без всякого порядка сновал народ, люди пролезали под вагонами; из теплушек красноармейцы выводили лошадей. Скворцов оставил Хамзата Хадиевича на перроне караулить багаж и отправился за билетами.

Мамедов терпеливо ждал — и вдруг в потоке пассажиров увидел Лялю. Ляля пробивалась сквозь толпу под руку с мамой, а за ними два матроса несли их вещи — саквояж и обмотанный ремнями чемодан.

— Максимушка, будь внимательней!.. — тревожно оглядываясь, говорила Екатерина Александровна. — На вокзалах всегда жулики, я-то знаю! Выхватят чемодан — и не догнать!.. Ты не за ручку его держи, а руками прижми к себе!..

Ляля тоже увидела Мамедова.

От недавней близости их отделяло всего несколько часов — а казалось, что несколько лет. Глядя на Лялю, Мамедов молча приложил два пальца к сердцу. Ляля мягко улыбнулась в ответ и незаметно махнула рукой на прощанье.

Часть восьмая ДОЖИТЬ

Часть восьмая

ДОЖИТЬ

01

01

Затоны замерзали раньше, чем реки, и в середине ноября Нижняя Курья встала. Тонкий первый снег, слишком белый и потому ещё неживой, покрыл и береговую кручу, и лёд, и дамбу, словно маляр плотно заровнял извёсткой и твердь, и хляби. Обындевелые пароходы и баржи будто вросли в природу.

Иван Диодорович любил этот робкий холод, любил этот свежий хруст под ногами. Алёшка же, топающий впереди, как всегда, и думал, и говорил о своём.