— Уплывай, Ванья!.. — измученно прохрипел Хамзат Хадиевич.

Нерехтин тотчас молча исчез в рубке, и там звякнул машинный телеграф.

Когда солдаты толпой выкатились из леса на пристань, «Лёвшино» уже отодвинулся от причала. В досаде затрещали винтовки: пули бессмысленно забарабанили по надстройке и колёсному кожуху, со звоном посыпались оконные стёкла. Без брони под обстрел лучше было бы не подставляться — не разворачиваться на виду у солдат, и буксир, дымя, попёр вверх по протоке; волна шлёпнула в сваи и закачала притопленные кусты у берега. Мамедов спрятался за лебёдкой подъёмного крана. Стискивая наган, он высматривал на пристани Горецкого — но Горецкого на пристани почему-то не было.

13

13

Юрий Карлович не ожидал, что бегущие с фронта солдаты окажутся вот такими — грязными и голодными, конечно, однако вполне довольными своим положением. Ударный корпус был разгромлен, беспорядочно отступал из-под Мензелинска к реке Белой, бросая обозы в полях и перелесках, но израненных и озлобленных людей адмирал не увидел. Наоборот, сибирские «ударники» чувствовали себя так, будто им повезло, и они возвращаются домой.

…19 мая бригада морских стрелков высадилась на левом берегу Камы, где на десятки вёрст не было никаких деревень. «Ревель» ушёл на устье Белой, на Дербешский перевоз, а стрелкам Старка предстояло отыскать «ударников» и стабилизировать фронт. Юрий Карлович воспринял приказ командования как избавление от непереносимой боли и неискупимой вины. Его сокрушило известие о смерти Лизы. Это ведь он стал причиной гибели жены.

С Лизой, дочерью адмирала Развозова, Юрий Карлович познакомился в Кронштадте на вечере в офицерском собрании. А где ещё молодым морякам находить себе жён? Обычная флотская история… У них было двое детей — Боря и Таня. Летом 1917 года Александр Развозов, брат Лизы, возглавил весь Балтийский флот. Его тоже произвели в адмиралы. Лиза прекрасно знала, что такое военная служба, честь офицера и долг перед родиной. Она ни слова не возразила мужу, когда тот минувшей весной решил пробраться на Волгу и вступить в армию КОМУЧа. Юрий Карлович поцеловал жену — и ушёл. А месть большевиков обрушилась на Лизу. Её арестовали и бросили в тюрьму «Кресты». Там, в тесной и смрадной камере, Лиза и умерла.

Александра Развозова тогда уже отстранили от командования, и он работал в Морском архиве. Он был под надзором большевиков, но сумел упросить товарища переправить осиротевших племянников через границу к родственникам в Гельсингфорс. Оттуда в ставку Верховного правителя России полетела телеграмма. Когда-то Развозов дружил с Колчаком, и судьбу племянников Развозова Александр Васильевич принял близко к сердцу. Он телеграфировал адмиралу Смирнову просьбу сообщить Юрию Карловичу о смерти жены и спасении детей.