Она разрыдалась. Маб обхватила себя за плечи, внезапно почувствовав, как мороз бежит по коже, несмотря на удушающую жару.

– Чертовы мужики, – сплюнула одна из девушек. – Ей-то в Морской корпус уже не вернуться, а что будет с парнем, который сделал ей младенца?

– Не пройдет и недели, как начнет охмурять следующую, – мрачно усмехнулась Маб. – Знаете ведь присказку: «Тот же янки, та же песня».

Она не была знакома с Бишоп, но эта новость омрачила ее безоблачное настроение. На следующее утро, уже в поезде, Маб ни разу не смогла заставить себя улыбнуться, пока не спустилась с подножки в привычную для Озерного края морось и не увидела Фрэнсиса. Он прислонился к станционной стене, надвинув шляпу на один глаз, а когда поднял взгляд и увидел ее, то застыл как вкопанный. Маб стояла на перроне, позволяя ему хорошенько рассмотреть себя; пассажирам приходилось ее обходить. Она прочесала весь Лондон в поисках этой шляпки из светлой соломки, с васильковой лентой вокруг тульи и шелковой вуалеткой, как можно более похожей на шляпку, которую выбрала та давнишняя девушка в парижском магазине в 1918 году. В итоге потратила уйму денег и ни капельки о том не жалела. Маб подняла подбородок, поправила шляпку, будто стоя перед воображаемым зеркалом, и изогнула брови. К тому времени, как он закончил ее целовать, шляпка успела слететь с ее головы и унестись с порывом ветра на другой конец станции.

– С источником поэтического вдохновения так не обращаются! – упрекнула мужа Маб, возвращаясь со сбежавшей было шляпкой.

– И как тебе только удалось найти ту самую? – Он бережно водрузил шляпку на голову жены.

– Пришлось терпеть, пока одна за другой лондонские модистки закатывали глаза на словах «легкая такая вуалька». Ну что тебе стоило поточнее запомнить подробности, когда ты решил навечно запечатлеть в своей памяти эту сцену? – Маб взяла его под руку. – Вот если бы ты написал, скажем, о вуалетке в крапинку или о густой сеточке, мне пришлось бы куда легче.

– И не подумаю отрекаться от «легкой такой». А вообще я ничего не смыслю в дамских нарядах. Поехали скорее в гостиницу, там я освобожу тебя от твоего.

«Я этого не заслуживаю, – подумала Маб, когда они упали на кровать. – Не заслуживаю его». Она всегда собиралась быть хорошей женой и считала, что это означает чистый дом, вкусную еду, теплую постель, – но как отвечать на такое? Этот тихий, умопомрачительный прилив преданности? Как его заслужить?

– Маб? – удивился Фрэнсис, увидев, как на рассвете она заставляет себя подняться с постели. Сам он уже обувался, готовясь выйти из номера. – Тебе вовсе не нужно ходить со мной на утренние прогулки. Ты ведь терпеть не можешь рано вставать, и когда волосы промокают, и…