– Да, да, ты примерная жена. Ты это перечисляешь, будто галочки в списке ставишь: хорошая еда, чистый дом, любящая мать…

– И что ж тут плохого? – парировала она.

Черт возьми, она гордилась тем, что стала ему хорошей женой. Когда выходишь за такого порядочного мужчину, как Майк, он заслуживает получить сполна все, что ему положено, взамен того, что вкладывает. И Маб знала, что добросовестно выполняет свой долг. У него не было причин жаловаться, ни единой.

– Хотелось бы мне знать, любишь ли ты меня хоть немного, – сказал он. – Или согласилась бы на любого проходимца, только бы от него родились дети.

Маб резко выдохнула, как от удара. Он глядел на нее в упор, не сдаваясь.

– Прости, – сказала она наконец. – Мне пора.

– Ты хоть вернешься?

– Если таким образом ты пытаешься выяснить, не завела ли я любовника…

– Да ты последняя на свете женщина, которая завела бы любовника. Для этого тебе пришлось бы подпустить кого-то поближе. – Он тоже шумно выдохнул. – Не уезжай. Поговори со мной, Маб. Это важно.

Нет, хотелось ей закричать, это не важнее того, что мне предстоит сделать! Мне надо посетить сумасшедший дом, чтобы убедиться, не действует ли у нас в стране предатель. Предатель, который продавал военные тайны во время войны из настолько засекреченного места, что мне даже сны о нем видеть не положено. Вот что здесь намного важнее, дорогой!

Но она не могла сказать ему это, никакими словами. Как трудно, когда в браке столько тайн. Муж делил с ней дом, стол и постель – и понятия не имел, сколько Маб ему наврала за все эти годы. Дети начали хныкать, уловив напряжение между родителями. Маб взяла на руки сына и крепко обняла.

– Маме надо уехать на пару дней, Эдди.

Любопытно, это ли чувствуют мужчины, уходя на войну? «Не хочу уходить, но надо выиграть сражение, и я должен это сделать». Она передала Эдди отцу и зарылась лицом в мягкие темные волосы Люси. К радости Маб, малышка Люси не была кудрявой, как некогда ее старшая сестра. Пусть эта Люси и получила то же имя в память о ее погибшей девочке, но она была самой собой, не копией, не заменой.

– Поговорим, когда я вернусь, Майк. – Маб погладила Люси по пухлому запястью. – Обещаю.

– Неужели? – Майк последовал за Маб вниз. Голос выдавал его гнев, но руки, которыми он бережно вел близнецов вниз по лестнице, оставались мягкими. Каждый вцепился в одну его ногу. – Ты ведь вовсе не на девичник едешь, Маб, так? Я знаю, когда ты врешь.

– Сам ты тоже не особо распространяешься о себе. – Маб решилась на контратаку, только бы не отвечать на его вопрос. – Теперь-то ты готов целый день рассказывать, как работаешь в аэропортах, но о твоих военных годах я слышала всего пару слов, не более того.