– Я попробую что-нибудь сказать за это время, пока его кулак летит в сторону твоего шнобеля. Но все будет серьезно, по-взрослому.

– Кажется, я больше никогда не улыбнусь. Детская беспечность, досвидули.

– Зачем же ты так? Плохая компания. Всего лишь плохая компания. Не отчаивайся – все образуется. Руки, главное, не опускать, к бутылке не прикладываться и нос в дьявольской перхоти не топить.

– Мне капец как неудобно перед вами.

– Неудобно на велике без сидушки гонять. Так или иначе, из вашей преступной троицы ты оказался самым честным и стойким, так что не все еще потеряно. Ничего не бойся.

– Как вы думаете, их поймают?

– Да куда они денутся. Я так понимаю, твои соратники – люди в городе знаменитые. Их может сдать кто угодно. Сивый с пулей в животе в больнице, а Рыжий наверняка вот-вот замерзнет от переохлаждения.

– Откуда вы знаете?

– У меня свои информаторы.

Они подошли к «KIA» Ильи.

– Прыгай.

Адвокат открыл пассажирскую дверь, и Руслан узрел перед собой Мишу и Льва. Ему показалось, что они сейчас съедят его живьем, а сам он готов улепетывать отсюда – даже на одной ноге.

– Чего застыл? – произнес Илья. – Садись. Они не кусаются.

– Вот, значит, какое дело у тебя осталось, – с недовольством сказал Михаил.

Чего им, собственно, радоваться: Рыжего упустили, еле как машину из сугроба вытолкнули и искали Илью по всем закоулкам, чуть ли мысленно не похоронив председателя клуба. Ночка вышла та еще. А как же хорошо она начиналась. Ладно, хоть остались целы (почти).

– Теперь пьем только в присутствии родных и близких.

– Так тебе дома не разрешают пить.

– Глядишь, и бросим, – вывернул механик Михаил.

– С прошедшим днем рождения, Лева! – объявил Илья, садясь на заднее сиденье рядом с Русланом. – Ты где живешь-то, малой?

– В Колупаевке.