Катаев не эвакуировался. Чем был занят с апреля 1919 года по июль – точных сведений нет.

В автобиографиях и мемуарной прозе он рассказывал, что был мобилизован в Рабоче-крестьянскую Красную армию. Командовал батареей в одной из дивизий. После ее разгрома и отступления вновь оказался на территории, захваченной противником, затем сумел до Одессы добраться. Сведения подобного рода сообщил и своим биографам[26].

Допустимо, что не лукавил. С мая 1919 года в Одессе проводилась мобилизация бывших офицеров. И все же документальных подтверждений службы Катаева в РККА нет.

Правда, исследователи отмечают, что весьма точны в его прозе описания событий, относящихся к боевым действиям того периода. Но такое не все готовы принять как неоспоримое доказательство.

Шишова в мемуарах предложила иную версию. Утверждала, что при красных лидер «Зеленой лампы» сразу нашел работу, связанную с литературой. Вместе с Багрицким и Олешей служил в Одесском отделении Бюро украинской печати[27].

Тоже вполне допустимо. С июля 1919 года Катаев опять жил в Одессе. И, по воспоминаниям ряда современников, демонстративно выражал симпатии к новой власти.

Действительно ли симпатизировал тогда, либо, что называется, мимикрировал – судить трудно. В любом случае положение его оказалось весьма сложным: бывший офицер, следовательно, заведомо подозреваемый в нелояльности советской власти.

Кстати, Багрицкий и Олеша были от военной службы освобождены по состоянию здоровья. Один страдал диагностированной еще в детстве бронхиальной астмой, у другого – врожденный порок сердца. Катаева же могли в любой момент призвать в РККА. Или – арестовать. Просто так, ради профилактики антисоветских заговоров.

Гражданскую войну Катаев, похоже, рассматривал в качестве помехи литературной деятельности. Воевать на чьей-либо стороне он не стремился, ареста должен был постоянно опасаться, а служба в БУПе предоставляла бы хоть какую-то защиту.

Если и служил, то опять недолго. В августе 1919 года Одессу заняли части Добровольческой армии. Десант высадился с моря, малочисленный гарнизон красных, опасаясь казавшегося неизбежным окружения, быстро отступил.

Бывший прапорщик вновь попал на военную службу. В Добровольческую армию. Она тогда входила в оперативно-тактическое соединение, официально именуемое Вооруженными силами Юга России.

Возможно, перед этим Катаеву пришлось еще и пройти допросы в деникинской контрразведке. Он был заметной фигурой, так что о выражении симпатий большевистскому режиму знали многие.

Документальных подтверждений ареста Катаева деникинцами тоже нет. Есть лишь его поздние свидетельства.