Но это не встревожило владивостокских большевиков и левых эсеров, тем более анархистов. Суханов в сообществе с руководством сообщил, что положение не безнадёжно, так как существуют громадные разногласия между японцами и американцами, да и с другими союзниками. Никитин, как от мух, отмахивался от советов Центросибири и даже Ленина. Его поддерживали Суханов и Краснощеков, да и другие большевики тоже были настроены сепаратистски.

Когда Чрезвычайная комиссия занялась разгрузкой портов и складов Владивостока, начались возражения со стороны Краснощекова, Суханова, Никитина. Мало того, так рабочие-железнодорожники угоняли составы на запасные пути, прятали вагоны с оружием, не без поддержки большевиков.

Дальше – больше. Краснощеков мотивировал все это тем, что грузы были предназначены для войны с Германией, что за ними установлено наблюдение, что если Чрезвычайная комиссия будет вывозить материалы военного назначения, то он вынужден будет просить союзников для охраны этих грузов.

– Поймите, товарищ Кулинич[64], – говорил он прибывшему по указанию Ленина во Владивосток для организации разгрузки порта члену ВЦИК, – у нас тоже чрезвычайное положение. Мы все время должны лавировать, чтобы не вызвать инцидента с иностранцами. Вы же своими действиями только усложняете обстановку нашего до сих пор благополучного положения.

Кулинич не выдержал и сердито возразил:

– Вы что, ослепли? Японцы в городе, здесь же американцы и англичане! Неужели вы думаете, что они высадились, чтобы пожить мирно в этом «благодатном климате»?

А над городом туманы, промозглые дожди.

– Возможно, и так. Ведь они, так называемые вами «враги», даже город не патрулируют, никто ничего не предпринимает, да и не будет предпринимать, потому что им не позволит Америка.

– Слушайте, Краснощеков! Вы мужчина или мальчишка? Немедленно дайте нам списки всего военного снаряжения и продовольствия, что есть в порту.

– Не могу дать. Союзники не позволят, всё это идет против Германии. Пусть у нас с ней и мир, но не могу.

– Тогда я тотчас же даю телеграмму Совнаркому и буду требовать, чтобы вас исключили из партии. Даёте или нет?

– Хорошо! Нам тоже приходится согласовывать свои действия с требованиями советской власти. Списки я дам, но не позволю ничего отгружать без ведома Владивостокского Совета. Вы тоже поймите нас: мы удалены от центра, случись беда, и никто нам не поможет. Мы сами должны защищаться.

– Поймите вы, наконец! Если эти товары, это оружие достанутся врагам, то и вам не поздоровится. Того требует ЦК партии, того требует Ленин, чтобы всё, что возможно увезти отсюда, пустить на пользу революции.