— Ладно, поезжай к бурильщикам, подбодри их, скажи, чтобы продолжали работы.

Серебровский ушел к себе и долго ходил по кабинету, никого не принимая. Его мучили сомнения, и он не раз спрашивал себя: «Не проявили ли мы легкомыслия, доверившись доводам слепого инженера?..»

За этими раздумьями и застал его звонок Кирова.

— А, Сергей Миронович... С приездом! А мы вас ждем с нетерпением.

— Что-нибудь случилось? — с тревогой спросил Киров.

— Нет, ничего... Просто соскучились.

Киров почувствовал неладное и прямо спросил:

— Что в бухте?

— Пока бурим. Активных признаков нефти еще не видно.

— Сколько прошли?

— Триста с небольшим.

— И нет признаков? — с волнением в голосе переспросил Киров.

— Пока нет... Правда, я сегодня еще не был в бухте.

— Поезжай, пожалуйста, Александр Павлович и позвони мне. Я немного простудился и пока побуду дома...

Мария Львовна, получив телеграмму еще вчера, встретила мужа пирогами с капустой, которые он очень любил.

Он стал рассказывать о Москве, о съезде и вдруг почувствовал, что его знобит. Принял ванну, напился чаю с медом и, проглотив таблетку аспирина, лег в постель.

— Мария, будет звонить Серебровский. Если что важное — ты разбуди.

— Хорошо, хорошо, Сережа. Обязательно.

Подвинув поближе к кровати лампу, он взял привезенную из Москвы книжечку стихов Есенина. Улегся поудобней, стал читать.

Но скоро книжка соскользнула на пол...