– Я хочу написать роман о нас с тобой.

Лоренцо погладил Фриду по волосам и мечтательно поднял глаза к луне.

– О любви и сексе, о сословиях, о желании иметь детей. Я хочу писать о том, о чем люди думают, мечтают, но не осмеливаются говорить. И о том, как человек разрушает красоту природы.

Он поднял руку, указывая на луну и звезды, на дрожащие листья над головой.

– Ни у кого нет твоей честности или смелости, Лоренцо.

Фрида ткнулась головой в ложбинку у него под ключицей.

Его сердце стучало прямо в ухо, а острые ребра упирались в шею.

– О людях из разных социальных слоев, которые освобождают друг друга, как мы с тобой. С помощью нежности и страсти…

Он замолчал и прижал ее к себе еще теснее. Их обнаженные тела окутывал прохладой воздух, насыщенный запахами мха и папоротника.

– Это будет самая честная книга на свете. Правдивая, искренняя, чистая.

– Может, лучше напишешь о ком-то другом?

Фрида открыла глаза, сама удивившись своим словам. Она не то чтобы не хотела стать прообразом героини его романа, просто начинала чувствовать себя подопытным кроликом. Словно отдала Лоренцо всю себя без остатка.

– Нет, именно о тебе. Только я изображу тебя более мягкой, не такой воинствующей.

Фрида вздохнула. «Значит, война продолжается, – подумала она. – Он перенесет битву на страницы своих книг, будет добиваться превосходства и заставит меня сдаться». Она улыбнулась своим мыслям, готовая с этим смириться, потому что, как и Лоренцо, знала правду. Без нее эта книга никогда не увидит свет.

– Мне нужно, чтобы ты заставила меня глубже погрузиться в недра моей души.

Он намотал на палец прядь ее волос.

– И тогда я изменю чопорное английское отношение к сексу.

– Если бы все перестали подавлять свои чувства, как мы, – прошептала Фрида, внезапно вспомнив бывшего любовника.

Своей новой жизнью она обязана Отто. Это он вытащил ее с обочины жизни, освободил и помог освободить Лоренцо. Где он сейчас?

– Мы должны пожениться, Фрида. Узы брака священны, и я хочу, чтобы ты стала моей женой.