Сильви-из-Айовы заявила, что пошла во Вспомогательный транспорт, так как перезнакомилась уже со всеми мужчинами в своем городе, округе, а может, и во всей Айове, да и вообще лучше летать на самолетах, чем их строить. Молния призналась, что, ясное дело, она хочет летать на «спитфайре». И еще потом сможет говорить, кой-чего, дескать, повидала, поездила по миру.

– Если хочешь просто говорить, можно было остаться дома и все придумать, – сказала Рут.

Молния закатила глаза:

– Конечно, я в самом деле хочу увидеть.

– Тогда так и говори, – отрезала Рут.

Молния и Сильви загорали на носу судна и строчили письма. Рут, облачившись в комбинезон, записала Мэриен помогать ей красить леера. Развеселившиеся матросы, вручив им кисти и ведра с краской, курили, бездельничали, смотрели во все глаза, обменивались комментариями на шведском, пока Рут не похватала их за локти и силой не заставила работать. В самый жаркий день все четыре летчицы разделись и прыгнули за борт, Сильви в купальном костюме, который у нее хватило ума прихватить с собой, остальные в нижнем белье. Девушки взялись за руки, но вода разорвала пальцы. Мэриен, вынырнув на поверхность, отогнала непонятный ей ужас от темной стальной стены корпуса корабля под водой.

Конвой в шестнадцать суден вышел вечером, без всякого оркестра, и взял курс на восток. В первый же вечер член команды, лучше других знавший английский, подошел напомнить об отключении электричества. Он стоял в дверях каюты, краснея и больше смотря в потолок, чем на женщин, разлегшихся на койках – Сильви накручивала волосы на тряпичные папильотки, Молния красила ногти на ногах. Матрос указал на занавески наглухо задраенного черным иллюминатора:

– Всегда должно быть закрыто. А это, – он показал на дверь каюты, – открыто, всегда, потому что попадет торпеда, тогда весь корабль, – он показал руками, как будто выжимает полотенце, – а потом, может быть, и так, – он крепко сжал ладони.

– Замурует? – помогла ему Молния.

– Да, так, – благодарно кивнул моряк. – Если вы внутри, то… – он покачал головой.

– Вероятно, мы в любом случае не выберемся, но спасибо за заботу, – сказала Рут из-за книги, которую читала.

Моряк кивнул.

– Спите в одежде, да, чтобы быстро… – он свистнул, резанул рукой вверх, опять кивнул и ушел.

Когда Сильви и Молния решили выключить свет, Мэриен и Рут отправились на палубу. Если луна и была, то спряталась за облаками. В темноте они слышали моторы других кораблей, но ничего не видели. Несколько раз Мэриен казалось, она различает по правому борту огромную тень, но та всякий раз рассеивалась и появлялась в другом месте – обман зрения.