– Вы когда-нибудь спрашивали, кто ему пишет или зачем он туда ездит?

– Он только говорил, что у него там приятель с войны.

– Вы помните еще что-нибудь? Он привозил фотографии?

– Нет, никаких фотографий. Хотя дайте подумать.

Джоуи закрыл глаза. Я ждала. Солнце над океаном стало белым. Калани смотрела на меня из окна домика и, увидев, что я обернулась, залезла обратно. Наконец Джоуи открыл глаза и покачал головой:

– Нет. Извините. Больше ничего не могу вспомнить. Я перебрал пожитки после его смерти, и вы видели практически все, что я сохранил. Да и прошло уже больше двадцати лет. Вы действительно думаете, он ездил к ней?

Что я имела? Фотографию шестидесятилетней давности, пастух без лица, нацарапанное прозвище, возможно, никогда не существовавшего туземца. «Я скоро улетаю», – написала Мэриен в конце журнала.

«Я». Я никогда не задумывалась, почему «я», не «мы». А Эдди? А самолет? Каким образом Мэриен могла добраться до Новой Зеландии так, чтобы никто не узнал? Возможно ли вообще женщине жить как мужчина? А Аделаида Скотт? Если Мэриен выжила, значит, решила больше не видеть племянницы.

– Я не знаю, что и думать, – сказала я.

Ветерок в пальмах и шум волн придавали тишине изменчивую бархатистость.

– Что вы будете делать? – спросил Джоуи.

– А вы как думаете, что мне делать?

– Господи, откуда мне знать. Допустим, вы приметесь всем рассказывать вашу безумную версию, что она выжила, и что? Если вы правы и она действительно выжила, то явно не хотела, чтобы кто-нибудь об этом знал. Если нет, все решат, что вы с приветом или ищете внимания, как-нибудь так. Наверное, первое, что приходит в голову, – не буди лиха, пока оно тихо.

Калани метнулась из домика к невысокой седой женщине в широкополой шляпе от солнца, которая в одной руке держала огромное пластиковое ведерко с крендельками, а в другой – огромную коробку мороженых вафель.

– Джоуи! – позвала она. – Помоги, пожалуйста, разгрузиться.

– Иду! – крикнул он в ответ. – Но тебе придется развлечь нашу гостью.

Она подняла глаза и, заметив меня, от потрясения открыла рот. Было видно, она искренне, абсолютно не верила, что я переступлю ее порог. Но вот она я. Джоуи расхохотался.

Полет

Полет

Мы летим на солнце, против его ежедневного движения. Иди на запад, говорит солнце. Оно тянет за собой, убегает, как ребенок, пытающийся вас заманить. Но мы должны двигаться на север, оставляя свет за спиной.