Зимний дворец, превращенный еще в 1915 году по решению Николая II в госпиталь, в парадных залах которого Николаевском, Аванзале, Фельдмаршальском и Гербовом размещались лазаретные койки на тысячу человек, а в Малахитовом зале которого заседало Временное правительство, никаким оплотом Временного правительства не был и, по существу, не охранялся, особенно со стороны Невы. Со стороны же Дворцовой площади находились 2–3 роты юношей-юнкеров, 137 ударниц женского батальона, сформированного Керенским, и 40 инвалидов георгиевских кавалеров, которые не оказали никакого сопротивления отряду большевика Антонова-Овсеенко. Стреляя по Зимнему дворцу, Антонов-Овсеенко по существу стрелял по госпиталю с тысячью ранеными русскими солдатами, а показываемые в советских кинофильмах сцены массового штурма укреплений перед Зимним дворцом являются постановочными кадрами Эйзенштейна из его художественного кинофильма «Октябрь».

Да и укреплений никаких на площади перед дворцом не было, а были запасенные на зиму для отопления госпиталя штабеля дров, которые защиты собой не представляли, а в случае возгорания могли только дополнительно ранить людей. На фотографиях Дворцовой площади той поры, хорошо видны эти сложенные в поленницы дрова.

Переворот организованный твердой опытной рукой Л. Троцкого был проведен быстро и умело. И. В. Сталин позже писал: «Вся работа по практической организации восстания проходила под непосредственным руководством председателя Петроградского совета тов. Троцкого. Можно с уверенностью сказать, что быстрым переходом гарнизона на сторону Совета и умелой постановкой работы Военно-революционного комитета партия обязана прежде всего и главным образом тов. Троцкому».

Когда в годы перестройки в СССР впервые заговорили о «большевистском перевороте 1917 года» вместо привычного «Великая Октябрьская социалистическая революция», слышать это было, кажется, даже крамольно. Но работая над книгой, я выяснил, что В. Ленин 6 ноября 1918 года на торжественном заседании Совнаркома начал свою речь словами: «Мы собираемся сегодня… чтобы праздновать годовщину Октябрьского переворота».

Когда и как «переворот» превратился в «революцию»?

Словосочетание «Великая Октябрьская социалистическая революция», к которому приучали советских людей более 60 лет, появилось не сразу. В стилистике первых месяцев советской власти употреблялось словосочетание «Октябрьский переворот». Именно В. Ленин настойчиво формулировал миф о новой Октябрьской революции. На II Съезде Советов Ленин впервые употребил выражение «возникновение… второй Октябрьской революции». Словосочетание «Октябрьский переворот» и «Октябрьская революция» встречались одновременно в статьях Л. Каменева, И. Сталина, Л. Троцкого. До конца 1920-х годов общеупотребительными были оба термина.