После этих воспоминаний становилось еще горше на душе… Николай старался загнать свои воспоминания подальше в глубину памяти, чтобы никто не мог догадаться, как ему больно и тяжело, даже родной брат Карпуша. Силой воли он попытался перевести стрелки памяти в холодный московский октябрь прошлого года. Октябрь – который переломил всю его жизнь.
При попустительстве еще царского правительства национальные окраины Российской империи, пытаясь обрести независимость, разыгрывали националистическую карту, прибегая к помощи врагов России – Германии и ее союзников.
Украинский сепаратизм, поддерживаемый и подогреваемый деньгами Германии, да и не только Германии, расцвел именно в начале ХХ века. Уже тогда немногочисленные местные националисты начали создавать свою полуфантастическую историю Украины.
Как писал в начале ХХ века крупнейший исследователь «украинского сепаратизма» С. Н. Щеголев, автор двух капитальных исследований: «Украинское движение как современный этап южнорусского сепаратизма» (Киев, 1912) и «Современное украинство. Происхождение, рост и задачи» (Киев, 1914): «В конце XIX века провозглашена была в зарубежном Львове доктрина об изолированности культурно-политических интересов малорусского племени. Чтобы углубить отчужденность этого племени от остальной Руси, для него придумали имя – украинского народа, а территории присвоили название Украины. Окрестили свою идеологию «украинством», пропаганду свою назвали «украинским движением». …В 1905 году они принесли в Россию выработанный ими для малороссов особый книжный (украинский) язык. В надежде вытеснить постепенно русскую культуру на Юге России и водворить новую культуру – украинскую».
Либеральная и социальная риторика «украинского движения» привлекла немногочисленных мелких чиновников, сельских учителей, врачей, студентов. Большинство населения Малороссии на придуманную за границей «ридну мову» смотрело как на какую-то абракадабру. Новый язык, с огромным количеством включенных в него польских, немецких и просто выдуманных слов, местные жители не воспринимали и не могли читать.
Современный историк А. Б. Широкорад в своей работе «Тайны февральской революции» приводит примеры, когда профессор Львовского университета М. С. Грушевский просто выдумывал новые слова: вместо слова «поезд» – «потяг», вместо «ярко» – «яскраво», вместо «кругом» – «навколо» и т. д.
Там же Широкорад приводит данные по этническому составу города Киева на 1917 год: «украинцев – 16,4 %, русских – 50,0 %, евреев – 18,6%, поляков – 9,1%, других – 5,9 %». Отсюда становится понятным неприятие более 80 % населения словесной абракадабры создателя «ридной мовы» и сказочной истории Украины профессора Грушевского.