– Все нормально. Книга набрана, заматрицирована, а я по своей въедливости вычищаю машинописный экземпляр.

Он ушел поздно, обещая быть через три дня. Конечно, она не думала о хороших днях в Летнем саду, как он советовал, – она думала о том, как он доберется к себе в этот февральский мороз по темным улицам.

…Через три дня после скудного обеда в Доме писателя он, как и обещал, отправился к ней с припасенным ломтиком хлеба в кармане. На углу Литейного проспекта и улицы Салтыкова-Щедрина он почувствовал, что его оставляют силы, попытался удержаться у стены, но упал. Проходивший мимо человек, увидев его, сам истощенный и слабый, обхватил его руками и довел до своей квартиры.

Он умер через день. И никто не узнал, что в одном из холодных ленинградских домов его ждала та, к которой он шел.

…Она осталась чудом жива. И долго жила после него, тоскуя о нем и свято веря в рассказанное Прустом некое кельтское поверье, по которому душа ушедшего вселялась то ли в дерево, то ли в цветок, то ли в какую-то красивую вещицу. И если мы оказываемся рядом, тот, кто ушел от нас, это чувствует и зовет нас. Услышав и откликнувшись на зов, мы освобождаем его от смерти.

А иногда он снился ей на прогулке в Летнем саду, окруженный своими знакомыми, друзьями. Был там и Свифт, и Дидро, и Ромен Роллан, и, конечно, Марсель Пруст.

* * *

…Типографский экземпляр «Пленницы», пятой части романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» пропал в блокадном городе. Сохранился только текст, отпечатанный на пишущей машинке.

Бунин, Дзержинский и я

Бунин, Дзержинский и я

Иван Алексеевич Бунин 29 октября 1943 года в понедельник записал в дневнике: «Взяты за эти дни Екатеринослав, Лоцманская Каменка (когда-то я там был перед проходом по порогам). Теперь это, верно, город, гнусно называемый «Днепродзержинск».

Днепродзержинск был освобожден Красной армией от немецко-фашистских захватчиков 25 октября 1943 года. В 22 часа Москва салютовала в честь его освобождения… На далекой Магнитке в эту ночь в своих бараках, перенаселенных комнатах, подъездах и дворах обнимались, целовались, рыдали и смеялись эвакуированные днепродзержинцы. Они пережили время, когда родная Дзержинка за семь суток в тяжелейших условиях 41-го года отправляла на Восток электрооборудование всех цехов и прокатные станы. Немцы кричали, что русским все равно придется остановить металлургические заводы на Урале, так как там нет марганцевых руд. А чугун без этой руды не произведешь. Но нашими инженерами был найден способ производства маломарганцевистого чугуна, к тому же разработано месторождение марганца на реке Полуночной и на рудниках Казахстана. Этот успех можно было сравнить с выигрышем в крупном военном сражении. Мощные мартены Магнитки вскоре дали стране броневую сталь.