— Если звук не возвращается, то ребенок глухой?

— Точно.

— Куда же уходит звук?

— В глухоту.

— То есть какое-то время вы не знали?

— День. Один день он не был ни то ни другое. Когда медсестра сообщила, что он глухой, я плакал и плакал без конца.

Джейкоб вновь нарисовал кулаком круг на груди.

— Нет, — показал глухой отец. — Слышащий ребенок был бы благословением. Но глухой ребенок — особенное благословение.

— Это и было ваше желание?

— Мое самое тайное желание.

— Но как же насчет наилучших возможностей?

— Могу я спросить, не еврей ли вы? — поинтересовался глухой отец.

Вопрос был столь неожиданный, что Джейкоб не был уверен, так ли он понял его, но все же кивнул.

— Мы тоже евреи.

Это вековечное признание и смутило, и моментально успокоило Джейкоба.

— Откуда ваш род?

— Отовсюду. Но в основном из Дрогобыча.

— Мы с вами земляки, — показал глухой отец.

На самом деле он показал "Мы с вами из одних мест", но Джейкоб уловил, что его руки говорили на идише.