Мы сели в старый фургон, взяли с собой палатки и поехали. Родители потратили все, что у них было, и заняли еще. Я должен был добиться успеха. Бвоах… у меня просто не было выбора.

Мы сели в старый фургон, взяли с собой палатки и поехали. Родители потратили все, что у них было, и заняли еще. Я должен был добиться успеха. Бвоах… у меня просто не было выбора.

1996–1998. ЯЗЫК ДО КИЕВА ДОВЕДЕТ

Первый год в Италии прошел далеко не сказочно. Когда вместо ретивой кобылы под тобой старая кляча, будь ты хоть трижды героем, этого никто не заметит. Палаточный лагерь семейства Райкконен готов был капитулировать. Но папа Матти решил не сдаваться – он нанял в качестве менеджера Калле Йоккинена, талантливого гонщика, которому пришлось неожиданно завершить карьеру из-за травмы. Решающим в выборе фактором стало умение говорить по-английски. Связи в автоспорте решают если не все, то почти все, а Калле знал, как подать товар лицом. Он нахваливал подопечного всем своим знакомым и путем различных уговоров доставал то новые двигатели, то новые шины… ну, почти новые. Иногда удавалось на гонку-другую изыскать и спонсора.

Долго ли, коротко ли, но в целях максимальной экономии пилот и его менеджер перебрались в Нидерланды, а родственничков отправили восвояси, в Финляндию.

В 18 лет отец подарил мне Lada, «семерку» – мы с братишкой приколхозили к этому ведру нормальный движок, и получился настоящий бвоах. Потом я просто прыгнул за руль и свалил в Роттердам, пока меня не загребли в армию. Через неделю ко мне на нашем гоночном фургоне приехал Калле, и мы продолжили колесить по всей Европе. Он стал мне очень близким другом. В мае 2019-го он умер, а с ним умерла часть меня. Бвоах, старость никого не щадит.

В 18 лет отец подарил мне Lada, «семерку» – мы с братишкой приколхозили к этому ведру нормальный движок, и получился настоящий бвоах. Потом я просто прыгнул за руль и свалил в Роттердам, пока меня не загребли в армию. Через неделю ко мне на нашем гоночном фургоне приехал Калле, и мы продолжили колесить по всей Европе. Он стал мне очень близким другом. В мае 2019-го он умер, а с ним умерла часть меня. Бвоах, старость никого не щадит.

Народная молва – великая штука: один сказал пару слов другому, тот пересказал третьему, а затем отголоски дошли до четвертого. Успешный менеджер всегда ищет талантливую молодежь, и, если кто-то светит сильно ярче других, его непременно заметят. Одним из таких менеджеров был Дэвид Робертсон, незадолго до описываемых нами событий вместе с сыном Стивом пристроивший в Williams некоего мистера Кнопкина. Раздался судьбоносный звоночек и в голландской квартире наших финских беглецов. Кими взял трубку, но, так как не понимал на заморской мове, за малым не послал Робертсона на… Кудыкину гору. Слово за слово, отправились наши герои за море-океан, прямо к острову Великобритания, в Брэндс-Хэтч. Там Калле Йоккинен громогласно заявил: «Вы, главное, моему богатырьку колесницу обеспечьте, да копье покрепче… мороженку то есть дайте, тогда он всех победит».