– Хороша.

В представлении Бланко этого слова было недостаточно. Как первозданная красота, как бархатная тьма, как бездонное небо, Селия кружила Дамиану голову, и более он не собирался противиться властному зову.

Взлететь, чтобы затем пасть.

Заканчивая разговор, Веласкес, смеясь, повернулась так, что теперь стояла лицом к парню. Ее взгляд мгновенно потемнел, улыбка сошла с лица, сменившись оцепенением. Судорожный вздох, и девушка устремилась прочь, что послужило спусковым крючком для наемника. Не глядя, он отбросил свои карты, одним глотком осушив стакан с алкоголем, и быстрым шагом направился за Селией.

Веласкес сдавливали невидимые путы. Ей стало одновременно жарко и холодно, плохо и чертовски хорошо при виде Дамиана. Неправильно, безумно и желанно до потери пульса. Она бежала от смерти, бежала в безнадежном отчаянии, затерявшись в ворохе чувств, и ощутила облегчение, лишь оказавшись одна в уборной, но виновник всего этого буквально ворвался следом. Единственное, что пронеслось в голове девушки, – громкий, душераздирающий вопль: «Нет!»

Дверь за Дамианом закрылась, и он, схватив Веласкес за талию, прижал ее к стене. Щелкнул замок.

– Зачем? – прошептала Селия, бегая взглядом по напряженному лицу парня.

Он дышал тяжело, и складывалось впечатление, что ему с трудом давалась сдержанность. Его пронизывающий взгляд, темнее самой ночи, выражал лишь одно.

Желание.

– Не могу, – хрипло обронил Бланко, и его губы впились в ее.

Он целовал Веласкес так, как если бы это было долгожданное возвращение домой, как если бы делал глоток воды после нескольких суток, проведенных в пустыне. Настойчиво и ненасытно его руки блуждали по девичьему телу, что поддавалось на каждую ласку, не отталкивая и не сопротивляясь.

Селия ответила на его желание своим.

Обхватив лицо Дамиана ладонями, девушка углубила поцелуй. Наемник гортанно простонал, упиваясь мучительной страстью, и сжал упругие ягодицы в ладонях, прижимая Веласкес к себе еще ближе. Она застонала в ответ, почувствовав обжигающее возбуждение под натянутой ширинкой парня, и этот звук сорвал все оставшиеся петли самообладания Бланко.

Ему было мало.

С усилием оторвавшись от пьянящих губ, Дамиан стянул через шею девушки верхнюю часть платья и тут же припал к оголенной груди. Несколько обжигающих поцелуев на глубокой ложбинке, заставивших розовые соски напрячься до предела, и Селия запрокинула голову, томно выдохнув. Сначала зубами, затем языком Бланко игрался с одной горошиной, свободной рукой лаская упругую плоть, пока Веласкес, запустив пальцы в шевелюру парня, в исступлении оттягивала жестковатые волосы.

Дверная ручка дернулась, словно намекая, что они находились не в том месте, где сполна удалось бы насытиться друг другом, и Дамиан нехотя отпрянул.

Любуясь раскрасневшейся, потрепанной, полуобнаженной девушкой, Бланко улыбался самой нежной улыбкой, на которую был способен.

– Что? – выдавила Селия, возвращая себя к человеческому виду. Ноги подрагивали от возбуждения, уголки губ предательски дергались.

Веласкес тоже была счастлива в этот момент.

– Ты великолепна. – Дамиан по-хозяйски обнял девушку со спины, пока та поправляла наряд, смотрясь в зеркало.

Селия повернулась к наемнику и выправила ворот расстегнутой на верхние пуговицы черной рубашки, поверх которой был накинут такого же цвета пиджак. Веласкес поймала себя на непристойной мысли, что ей хотелось бы сорвать все пуговицы и наплевать на любые нормы приличия, отдавшись чувствам без остатка.

– Ты тоже ничего, – заключила девушка, заглядывая Бланко в глаза.

Он с минуту смотрел молча, а после хмыкнул и с трепетом коснулся губами лба Селии. В груди той сердце больше не заходилось в сумасшедшем танце, расслабившись при ощущении медленно растекающегося в груди тепла. Такого правильного, такого уверенного и такого нужного каждому человеку, чтобы понять: ты на своем месте.

– Снова меня преследуешь? – нарушила идиллию Веласкес.

– Не стану врать, что ни разу тебя не преследовал. – Дамиан почувствовал легкий толчок в ребро, но не шелохнулся. – Но на сей раз это и правда совпадение. Я пришел сюда поговорить с одним человеком.

– Что это за человек?

– Пабло Гутьеррес. – Селия удивилась, что наемник не стал скрывать эту подробность. – Тебе что-нибудь известно о нем?

– Успешный инвестор. Слышала, что с ним приятно иметь дело по рабочим вопросам.

– И успешный «торговец смертью», – вздохнул Бланко и засунул руки в карманы брюк, все еще сомневаясь в правильности того, что сейчас делал. – Это его второй бизнес.

Веласкес не знала, что ответить, но отчего-то не испытывала больше паники и не считала парня безумцем, решившим поиграть в опасные игры.

– И… – Девушка помедлила, стараясь подобрать как можно более правильные слова. – Много здесь таких?

– Достаточно, – только и ответил Дамиан.

– Ясно. А зачем он тебе?

Наемник тихо рассмеялся.

– Не все и сразу, sirena. Пойдем, надо вернуться в зал.

– И как мы это сделаем? Просто вывалимся вдвоем из туалета? – Веласкес скрестила руки на груди, выгибая бровь. – Еще не хватало, чтобы про меня пошли слухи, что я трахалась в туалете с киллером.

– Можно подумать, ты была бы против! – Бланко лукаво ухмыльнулся и подошел к двери. – К тому же… Всем плевать, Селия.

Не успела она возразить, как парень открыл дверь и навалился на стоящего за ней мужчину, делая вид, будто споткнулся.

– Ох, señor, тысяча извинений! Намешал виски с шампанским, – рассыпался в оправданиях наемник, и девушка, смекнув, что это очередной спектакль для отвода глаз, выскользнула из уборной, стараясь не показывать лица.

Убедившись, что Веласкес скрылась из виду, Дамиан прокашлялся и похлопал мужчину по груди:

– Спасибо за понимание.

И как ни в чем не бывало последовал примеру Селии – вернулся в зал, где вечер был в самом разгаре.

Глава 17

Глава 17

Дамиан не отрывал взгляд от Селии весь остаток вечера. В груди разрасталось доселе неизведанное, приятное чувство. Оно обжигало гораздо больше, нежели примитивное влечение. То было взрывоопасной смесью трепета, всепоглощающей страсти и ощущения, будто встретил человека, с которым в прошлой жизни ты совершенно точно был связан.

Но, помимо прекрасного, существовало и насущное.

– Пабло, – вновь кивнул Дамиан, подойдя к мужчине, что только что закончил разговаривать с одним из своих знакомых.

– Я догадываюсь, о чем ты хотел поговорить со мной. – Гутьеррес сделал глоток шампанского и устремил пустой взгляд в зал. – Карла не умеет заметать следы после того, как кто-то из ее своры пытается что-то вынюхать.

– Предполагаю, уже были попытки?

– Детский лепет, Дамиан, детский лепет. Мне вот что интересно… Почему ты в это лезешь?

– Не люблю, когда люди забываются, – вздохнул Бланко, повторяя взгляд собеседника.

Гутьеррес низко рассмеялся и покачал головой.

– Ты мне всегда нравился. Так что уж постарайся выжить.

В этот же момент на глаза попалась Веласкес, лицо которой сначала выражало задумчивость во время разговора с одним из членов обслуживающего персонала, затем – озадаченность, однако после, словно найдя решение проблемы, девушка расслабилась, быстро объяснив все официанту. Когда тот ретировался, Селия облегченно улыбнулась и обвела помещение беглым взглядом, выискивая организационные изъяны.

Дамиан тоже едва заметно улыбнулся, наблюдая за Веласкес. Невольно и непривычно, но так долгожданно.

Теперь он просто не мог позволить себе отойти в мир иной.

– Мне нужна твоя помощь, Пабло, – произнес наемник, повернувшись к мужчине, и тот повторил движение. – Я хочу избавиться от Карлы. Она не тот человек, который отступится без пули.

– Что об этом думает Эрнандес?

– Я больше не работаю на него.

– Вот как…

Гутьеррес и бывший босс Дамиана не сильно ладили – они лишь поддерживали партнерские связи. Конрадо был связующим звеном многих бизнесменов, втайне ведущих черный бизнес, и тоже пользовался определенным уважением. Сотрудничать со столькими алчными и жадными людьми, готовыми на самые безумные поступки, и при этом оставаться в живых… Это было едва ли возможно. Однако таковым это являлось благодаря Бланко, а тот больше не работал на Конрадо.

– Чем я могу помочь тебе? – задал вопрос мужчина.

– Пока что мне будет достаточно твоей отзывчивости.

– Ты мог бы просто всадить ей пулю меж глаз или нож в селезенку.

Парень криво ухмыльнулся.

– Смерть для нее равносильна удовольствию. Она ведь совсем с катушек слетела после отсидки. А теперь пойдет на все, лишь бы заполучить желаемое. Так что будь на связи, Пабло.

Дамиан уже сделал несколько шагов прочь, как в спину прилетели последние слова от Гутьерреса:

– Береги ее, Бланко! В нашем мире бьют туда, где уязвимей всего.

Покушение на Веласкес в клубе было лишь предупреждением. Наемник зарекся: если удар вновь придется по Селии, ответ последует оправданно жестоким.

* * *

Взбудораженная, полная сил и энергии после свершения того, чего так хотелось долгое время, Веласкес сновала по залу, выполняя свою работу, пока не почувствовала, как силы все же постепенно начали покидать ее. Благо время уже было далеко за полночь, потому многие начали разъезжаться.

Селия провожала взглядом каждого, кто покидал мероприятие, с некоторыми прощаясь лично, и прикидывала, мог ли тот или иной гость являться выходцем из криминального мира. Девушке становилось не по себе от осознания, что она теперь легче прежнего размышляла на эту тему, не испытывая тревоги. Наоборот – подозрительное умиротворение обрушилось на нее после безумного поцелуя с наемником.