И не только в московских кулуарах нагнали.
Папа Римский, и аятолла Ирана также оказались полны впечатлений. И выразили свое желание оказывать всяческую поддержку в борьбе этими противоестественным, чудовищным явлением. Но это была уже совсем другая история, точнее следующая фаза операции «Авель», которую Фрунзе и Дзержинский задумали играть в долгую.
О том же, как «бомбануло» у Гинденбурга и пересказывать не стоит. Достаточно того факта, что он начал негласную операцию о методичной зачистке всего, что связано со всякого рода обществами Туле и прочей чертовщиной. Фактически в течение недели после предоставления ему материалов все руководство этих мистиков исчезло. Просто пропало без вести. А криминальная полиция Германия стала кожи вон лезть, создавая видимость поисков. Да и от верхушки НСДАП до нового года не дожил никто, исключая части военных, загодя вышедших «по совету» из состава этой организации. Тех, кто туда был введен ранее от армии, для обеспечения связки и спайки.
К публичной же огласке такие материалы были пока не предназначены. Нарком отчетливо понимал, насколько чудовищными окажутся последствия от такого шоу. И в XXI веке далеко не все посчитали бы эти видео компьютерной графикой. Здесь же народ был доверчив. ОЧЕНЬ доверчив. И любое неосторожное использование таких вот материалов могло спровоцировать люто-бешенный беспредел на низовом уровне с массовой «охотой на упырей». Похлеще всякой «охоты на ведьм» средневекового толка. Поэтому он работал с этими остросюжетным киноматериалом, очень осторожно и исключительно кулуарно…
Глава 10
Глава 10
Начинался XV съезд ВКП(б).
Михаил Васильевич был тревожен, хотя и старался не подавать вида. Раньше главным арбитром и разводящим выступал Сталин. Сейчас же… получается, что он. Хотя формально не занимал никаких должностей, связанных с этим. Просто с ним советовались. Наверное, даже слишком много советовались.
Перед ним по уже сложившейся традиции выступал Дзержинский. Он смог немного отоспаться последнее время и уже не выглядел сошедшим с агитационного плаката о тяжелой судьбе рабочих и крестьян. Посвежел лицом, круги под глазами уменьшились, да и сами глаза перестали блестеть.
– Товарищи! – воскликнул Феликс Эдмундович. И начал свой доклад, подводя итог двухлетней деятельности. Коснувшись и «дела Свердлова», и «дела Коминтерна», и «дела сатанистов», и уральской операции, и многого другого. Последовательно. Вдумчиво. С фактами и статистикой.
Местами его прерывали овации.