Я плюхнулся рядом с предводителем данов и мне тут же подсунули недоеденную кем-то плошку с мясным варевом, Эйнар придвинул большую чару с жидким пивом.

— Отъедайся, Стяр, а то кожа да кости! — перекрывая шум, провозгласил Большеухий.

— Суки вы с Дроздом! — громко произнес я прямо в слоновье ухо Эйнара.

— Я знал, что ты так скажешь! — Эйнар добродушно махнул лапой. — Не обижаюсь! Ты, Стяр, можешь говорить мне все что захочешь! Другого такого счастливца я в жизни не видывал!

От него несло сивухой как из пивной бочки. Он, наверно, в одиночку целую бочку и опустошил, мне даже показалось будто дан раздался в размерах от принятого в чрево хавчика и пития.

— Счастливца? — насторожился я, уловив скрытый подтекст в словах скандинава. Пока дан добродушен и чрезмерно разговорчив, нужно выудить из него по максимуму.

— Ну конечно! Удача ведь снова на твоей стороне. Твой враг посрамлен, ты жив, что это как не удача?

— А что есть, по-твоему, удача, Эйнар? — Я уже знал, что все скандинавы просто повернуты на сей эфемерной субстанции. Не скажу, что другие ее не ценят, но у викингов удача возведена в ранг божества и если бы они додумались поставить этому божку идола, то он был бы отлит из чистого золота. Пока же Эйнар будет бухтеть, я осмотрюсь повнимательнее…

— Ну-у… если с человеком чаще случается хорошее, а нехорошее обходит стороной, такого я назову удачливым, — с удовольствием принялся рассказывать Эйнар. — Норны поцеловали его в лоб при рождении и пристально следят за ним всю его жизнь, какая бы она ни была короткая или длинная. Когда человек удачлив, то и тем, кто рядом с ним тоже немного перепадает. Я знавал таких, с ними опасно, но весело и прибыльно. Теперь я вижу: все, что о тебе рассказывают — правда. Худо нынче с удачей, куда нос ни засуну, все оказывается огромной, воняющей тухлой рыбой тюленьей задницей. Как вот с этим… Горхидом. А так все хорошо начиналось… Полоцк город большой и богатый, здесь можно было взять много добычи.

Нотки разочарования, сквозившие в словах Эйнара, не показались мне наигранными.

— Хм, помоги ты не мне, а князю куршей, удача была бы на его стороне, а в случае взятия городских укреплений, ты мог прилично разбогатеть.

Как я ни силился, никак не удавалось высмотреть среди пирующих Яромира, зато заметил спящего за соседним столом Торельфа. Молодой дан оперся спиной о бревенчатую стену корчмы, свесил на грудь буйную головушку и дрых в обнимку с гуслями Кокована.

— Горхид — глупец! — продолжа изливаться Эйнар. — Я бы ему не доверил даже коз пасти. Разве можно было оставить в тылу укрепление с вражескими воинами внутри и пойти пировать?