— Слушай сюда, братва! Я — полоцкий десятник Стяр! Объявляю, что прямо сейчас корчма закрывается на ремонт и для пополнения продовольственных запасов. Прошу всех покинуть помещение до лучших времен!

Глухое, недовольное, усиливающееся с каждым вздохом ворчание было мне ответом.

— Что за дела, Эйнар?! — вскричал один из варягов, подскакивая к нашему столу. — Это что за тело? Какого ляда тут распоряжается какой-то паршивый десятник?

— Это не тело, Бувольд, это — Стяр, — криво ухмыльнувшись, молвил Эйнар.

— Да хоть сам Один! Это твоя корчма или его? Мы же тебе заплатили, отдали все, что у нас имелось! Куда нам теперь идти? — жутко коверкая словенскую речь, вскричал немолодой, плешивый скандинав. Его лапа так и норовила цапнуть рукоять висящего на поясе топора.

— Никуда! — рявкнул вдруг Эйнар, поднимаясь во весь свой не слишком внушительный рост. — Никуда вам идти не нужно, если сами того не пожелаете. Оставайтесь здесь, еды и пива я найду на всех. Особенно на тех, кто пожелает вступить в мой хирд!

Раздался торжествующий рев. Луженые глотки наемников на разные лады выкрикивали имя Эйнара.

— Я сейчас не понял… — начал я ваять предъяву, но дан живо развернулся ко мне, выскреб из руки сигнальный рог.

— Прости, Стяр, но эта корчма тебе больше не принадлежит.

— С какого такого перепугу? — спрашиваю, пытаясь затолкать поглубже противное чувство надвигающегося капута.

— На днях приходил княжий тиун, испросил повышенное мыто за два года вперед на восстановление порушенной части города. К тому же, Рогволд присудил тебе выплатить покрытие за причиненный тобой ущерб хозяину корчмы у причалов, либо отдать ему в собственность свою. Твоей казны мы не нашли, так что пришлось мне заплатить за тебя все до последнего дирхема. Я выкупил это место и теперь корчма по праву моя. Я не гоню тебя, но учти, обе комнаты заняты, придется тебе с твоей женщиной спать на лавке или на полу в трапезной.

Я подавил сильнейшее желание включить бычку и конкретно поспорить с этим недорослем. Но быстро понял, что восстания не получится. Порвут на куски, зажарят и сожрут…

Ах ты падла датская! Казну он не нашел…

— Благодарю тебя, Эйнар Большие Уши за заботу, — я вложил в голос все добродушие на какое был сейчас способен. — Я сегодня же верну тебе потраченное и заберу корчму обратно.

— Не трудись, Стяр. Столько серебра у тебя сроду не водилось. Минай запросил непомерно высокую цену. Все мои хирдманы скинулись на такое благое дело да и сам я не беден… был, а теперь, вот, еще и корчмарем стал.

— При чем тут Минай? — спрашиваю в конец сбитый с толку я.