Меж тем Эйнар запрокинул массивную голову и выплеснул в пасть содержимое деревянной кружки, затем перехватил посудину поудобнее и метнул через стол в затылок сивобородому иноземцу, вздумавшему отлить на пол не отходя далеко от кормушки. От соприкосновения с крепким черепом тяжелая кружка разлетелась в дребезги, а мужик в глубоком нокауте рухнул в проход между столами.

— Знатный бросок! — пьяно заорал Сьедульф восхищенный меткости предводителя.

— Я его уже предупреждал, — словно извиняясь пояснил для меня Эйнар. — Объяснял, что он здесь не в своей вонючей норе в каком-нибудь занюханном фьорде, здесь на пол гадить не гоже.

— Он все равно обделался, глядите, лежа все портки измочил! — торжествующе воскликнул Алафьен и изо всей дури хлопнул по ляжке соседа.

— Пускай, лишь бы не у меня на глазах, — отмахнулся Большеухий. — Барн, Хьясси, выволоките его на двор, чтоб не вонял. А ты, Сьедульф, сходи к тем парням в углу и передай, если они там кого-то зарезали, пусть выбросят наружу и не забудут поделиться с нами чем-нибудь снятым с убитого. У нас кончается пиво, а в долг никто в городе нам больше не даст!

— Не дадут — сами возьмем! — заплетающимся языком провозгласил кто-то из зала. Корчма вздрогнула от слаженного рева десятка луженых глоток:

— Возьмем!

— Сами заберем!

Я отодвинул от себя кружку. Происходящее в корчме категорически мне не нравилось, пожалуй, настала пора положить вакханалии решительный конец. Мне моя собственная корчма дороже общественного покоя, пущай этих орлов на улицах княжья дружина успокаивает, на то ей и налоги с населения идут. Но для начала нужно прояснить один момент.

— Скажи мне, Эйнар, кто из твоих хирдманов швырнул то копье сквозь сломанную дверь? Помнишь?

— Это был Грольв. Грольв Макушка, — без раздумий ответил Большие Уши и испытующе уставился на меня абсолютно трезвым взглядом.

— Это его сожгли на следующий день после боя?

— Его самого.

— Так я и думал.

— Что ты думал?

— Что ты хороший командир своим ребятам. Даже слишком. У тебя рог с собой? Дай гуднуть.

— Что задумал, десятник? — с веселым интересом спросил Эйнар, протягивая снятый с пояса боевой рог.

— Хочу проветрить здесь немного.

И где черти носят этого недоделанного Шеста?! Неужели так трудно привести сюда силовую поддержку?

Я поднялся над столом, примерился к окованному серебром сигнальному средству данов и что было силы в легких впустил в узкое отверстие струю воздуха. Рог благодарно отозвался густым, накрывистым гулом, заставив десятки бузящих джентльменов удачи заткнуться и начать искать источник тревожного звука. Выждав несколько секунд, пока мою персону засекут самые сообразительные, я толкнул короткую, но емкую речь.